Форум сайта 'Гавань Корсаров'
 

Вернуться   Форум сайта 'Гавань Корсаров' > Разное > Литература

Важная информация

Литература Обсуждение книг любых жанров, начиная от романов и заканчивая ужасами...


  Информационный центр
Последние важные новости
 
 
 
 
 
Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 06.04.2009, 22:49  
Рыжий Билли
 
Аватар для Рыжий Билли
 
Регистрация: 16.04.2013
Сообщений: 133
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: Рыжий Билли отключил(а) отображение уровня репутации
Радость Стихи о море, пиратах и морской романтике



Тема произведений о море, пиратах и морской романтике в стихах.

Список авторов, находящихся в теме:

Спойлер:
  • Аделунг Юрий
  • Андропов Владимир
  • Багрицкий Эдуард
  • Байрон Джордж Гордон
  • Блок Александр
  • Брюсов Валерий
  • Бунин Иван
  • Волошин Максимилиан
  • Вяземский Пётр
  • Гейне Генрих
  • Городницкий Александр
  • Грин Александр
  • Гумилев Николай
  • Гуськов Алексей
  • Гуськов Михаил
  • Державин Григорий
  • Жуковский Василий
  • Завражный Юрий
  • Залтанс Генрих
  • Зубков Алексей
  • Иващенко А.
  • Киплинг Джозеф Редьярд
  • Клугер Даниэль
  • Кольридж Сэмюэль Тэйлор
  • Коган Павел
  • Крапивин Владислав
  • Крылов Иван
  • Лебедев-Кумач Василий
  • Лермонтов Михаил
  • Лукин Евгений
  • Мейсфилд Джон Эдвард
  • Никифорова Светлана (Алькор)
  • Папуша Евгений
  • Пивов Игорь
  • Пиратка Сюрикен
  • Полонский Яков
  • Пушкин Александр
  • Рубцов Николай
  • Сирота Любовь
  • Тимофеев Юрий
  • Тютчев Фёдор
  • Удовиченко Юрий
  • Фет Афанасий
  • Хосе́ де Эспронсе́да
  • Хуан Рамон Хименес
  • Цветаева Марина
  • Черный Саша
  • Шишков Александр
  • Щербаков Михаил
  • Юджин Ли-Гамильтон
  • Языков Николай

Последний раз редактировалось CLIPER; 09.10.2017 в 12:00.
Рыжий Билли вне форума Ответить с цитированием
6 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), chernozmey (08.12.2009), James Norrington (07.02.2012), Natali (06.02.2012), SkyReg11 (22.12.2019), ТАНАТ (18.03.2013)
Старый 22.10.2010, 21:36   #40
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Ответ: Стихи о море, морских разбойниках и морской романтике

Это стихотворение увидело свет в 1883 г. в журнале "Русская старина" (1883, Т.40, № 10, с.154-156). Его любезно предоставила для публикации вдова известного российского флотоводца адмирала П.И. Рикорда.


ОБЪЯСНЕНИЕ В ЛЮБВИ МОРЯКА
А.С. Шишков


Как молния пловущих зрак,
Средь темной ослепляет ночи,
Краса твоя мелькая так
Мои затмила ясны очи!

Смущен и изумлен я стал,
Узрев столь ангела прекрасна;
Не столь опасен мачтам шквал,
Как ты казалась мне опасна.

Исчез тогда штиль чувств моих,
Престрашна буря в них восстала;
Ты ж из очей своих драгих,
Брандскугели в меня метала.

Тогда в смятении моем
Зря грозну прелесть пред собою,
Не мог я управлять рулем,
И флаг спустил перед тобою.

С тех пор тебе отдавшись в плен,
Твоей я воле повинуюсь;
К тебе душевно прикреплен,
Я за тобою буксируюсь.

С тех пор нактоуз твой иль дом,
Тебя который сокрывает
С такою силой, как Мальстром
Меня он всюду привлекает.

Мне в море утешенья нет,
Везде я без тебя тоскую;
И часто мысленно, мой свет,
К тебе я лавирую.

Наполнен завсегда мечтой
Тебя в убранстве зрю богатом;
То яхтой иногда златой,
То легким, чистеньким фрегатом.

Вдруг вздумаю тебя догнать,
Весь нетерпением пылаю -
Спешу и марсели отдать,
И брамсели я распускаю.

Когда же парусов нельзя
При шторме много несть жестоком;
Любовью трюм свой нагрузя,
Иду, лечу к тебе под фоком.

Или, коль неизвестен мне
Пункт места твоего, драгая,
Поблизости я к той стране,
Лежу на дрейфе ожидая.

Лишь ты отколь предпримешь путь,
Конструкцию твою драгую
Узрю, хоть в горизонте будь,
И вмиг тебя запеленгую!

Тогда не медля ни часа,
К тебе я курс свой направляю;
Брасоплю, ставлю паруса,
Шумлю, сержусь, повелеваю.

По шканцам бегая кричу,
В кильватер за тобой пускаюсь,
Узлов по десяти лечу -
Ура! Взывая, восхищаюсь.

Дышу веселием, горю,
Чту счастливым себя навеки;
Уставясь на тебя смотрю,
Готовлю для сцепленья дреки.

Но вдруг сон исчезает сей,
И я, бледнее чем бумага,
Не зря ни яхт, ни кораблей,
Стою, как шест вехи без флага!

1809 г.
Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Natali (06.02.2012)
Старый 23.10.2010, 21:01   #41
LEon Французский
Лейтенант
Гаваньский мушкетёр
 
Аватар для LEon Французский
 
Щедрый корсар:
Регистрация: 01.08.2009
Адрес: Борнео
Сообщений: 2,297
Нация: Франция
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: 349

Награды пользователя:

По умолчанию Ответ: Стихи о море, морских разбойниках и морской романтике

Цитата:
Сообщение от makarena Посмотреть сообщение
Как молния пловущих зрак,
Средь темной ослепляет ночи,
Краса твоя мелькая так
Мои затмила ясны очи!

Смущен и изумлен я стал,
Узрев столь ангела прекрасна;
Не столь опасен мачтам шквал,
Как ты казалась мне опасна...
В строках видны чувства настоящего моряка, не умеющего долго, витиевато и красиво изъясняться. Подобные строки вполне мог написать любой матрос, снявшийся с первой вахты недавно отошедшего от пристани корабля, еще хранящий на своих ладонях еле заметный запах любимой женщины, пожалуй, именно этим они и прекрасны...
__________________
Если я Вас напрягаю или раздражаю, то Вы всегда можете забиться в угол и порыдать.

LEon Французский вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011)
Реклама
Старый 25.10.2010, 14:59   #42
Capitan Jack Sparrow
Матрос
 
Аватар для Capitan Jack Sparrow
 
Регистрация: 03.10.2010
Адрес: Москва
Сообщений: 21
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: 2
По умолчанию Ответ: Стихи о море, морских разбойниках и морской романтике

Юрий Тимофеев (мой очень хороший друг и товарищ)

Океан Свободы.

Ты был одним из тех, кто поднял паруса,
Направив свой корабль через черный туман...
И в памяти твоей все не стихали голоса
Зовущие тебя, в тот беспощадный океан.

Ты помнил как сгорали
Враги и корабли,
И как бывало сложно
Добраться до Земли...

И стоя у штурвала,
Что в штиль что в ураган,
Ты помнил самый первый
Свой шаг через туман

Года прошли как волны,
Что хлещут за кормой...
И в них найдешь ты славу,
Но не найдешь покой.

И в самой жаркой битве,
И в самый полный штиль,
Ты был самим собою,
Ты лишь свободой жил.

Свободный ветер моря
Свободен как и ты
Пути назад уж нету
Все сожжены мосты

Один лишь путь остался
Мятежным кораблям:
Курс проложить сквозь рифы
В безбрежный океан.

Прощенья не дождешься
Да нужно ли оно,
Когда уж твой корабль
Спускается на дно!?

Последний миг настанет
Но не склонишься ты,
И вновь сольются с ветром
Свободные мечты

Взойдет над океаном
Кровавая заря,
Ты был его душою
И ты погиб не зря...
__________________


Ни Бог, ни чёрт не виноват
Что в людях демоны ожили
Монахи ордена наживы
Крюками тянут судно в ад

Лучшая игра пиратской тематики: Корсары^ Город Потерянных Кораблей)))

Последний раз редактировалось makarena; 26.10.2010 в 13:10. Причина: Добавлено сообщение
Capitan Jack Sparrow вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011)
Реклама

Зарегистрированным пользователям показывается меньше рекламы!

Старый 04.11.2010, 22:08   #43
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Ответ: Стихи о море, морских разбойниках и морской романтике

КАПИТАН

Дым табака плывет в окно
Под стук костей и звон гитары
И темно-красное вино
Мерцает в отблеске пожаров

"Здесь, на совете, мы равны,
И я своих тревог не скрою:
Мы сообща решить должны -
Быть иль не быть - наутро бою.

Вчера испанский адмирал
Привёл сюда пять галеонов,
Он королю пообещал
Нас всех повесить по закону.

Но если только доберусь
Крюком до вражеского борта,
То я за жизнь его - клянусь! -
Не дам и даже рваного ботфорта"

Друзья унылые молчат,
Но, убеждая их с азартом
Он рвет иглою сгоряча
Свою потрепанную карту.

Дня ждать не стали: дан сигнал
(Труба зовет - и, значит, надо!)
И штурман в бортовой журнал
Запишет новую балладу...

...Но обрываются года
Забот и славы корабельной,
Когда во тьме ночной суда
Зажгут огни святого Эльма,

Когда, срывая якоря,
Рыча и закусив удила
Шторм унесет тебя в моря,
Где не качаются светила.

Там берег призрачный встает
В жемчужно-розовом тумане,
Тебя там женщина не ждет,
Но уж зато и не обманет.

И там, взбежав на полуют,
С ботфорт сбивая клочья пены,
Ты вдруг услышишь, как поют
На скалах нежные сирены.
Vitisorum Teg


[Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Natali (06.02.2012)
Старый 05.11.2010, 00:41   #44
Flibustier
Старожил
Капитан-лейтенант
Сценарист
Ветеран Гвардии
Бродяга
 
Аватар для Flibustier
 
Регистрация: 01.08.2008
Адрес: Где-то там далеко...
Сообщений: 2,966
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: 535

Награды пользователя:

По умолчанию Ответ: Стихи о море, морских разбойниках и морской романтике

Капитан Джек Воробей!

По жизни он идёт с улыбкой,
Слегка качаясь на ногах,
И не считая, что ошибкой
Был беспредел в ЕГО морях.

Присвоить золото попробуй –
он обойдёт тебя легко.
А ты смотри с бессильной злобой:
Он машет ручкой далеко!

стоит он гордо за штурвалом,
Взгляд устремив за горизонт.
За грозным морским перевалом,
Где приключенье его ждёт.

По вечерам, сидя в каюте,
Глотает свой любимый ром.
Сверяясь с компасом в раздумье,
Куда направиться потом.

Наутро, оглядев просторы,
Он улыбнётся краем рта.
Он знает, что в Карибском море
Отыщет нового врага.

Его подразнит и обманет,
На бой решающий сведёт.
Пусть враг тот будет беспощаден,
Пощады капитан не ждёт.

Он жаждет риска и свободы,
Неиссякаемых затей.
И будут долго помнить воды,
Он – Капитан Джек Воробей!

И всё-тки слёзы мне не удержать,
И взгляд отсутствующе устремлён куда-то...
Нет! Я не смогу просто сидеть и ждать!
Спасу свою любовь...Ведь я пиратка.

Он жаждет риска и свободы,
Неиссякаемых затей.
И будут долгпомнить воды,
Он - Капитан Джек Воробей!

Найдено на usm.moy.su; автор, к сожалению, не указан)
__________________
Memento Mori

В глубине придонных вод
Ктулху - зверь такой - живёт;
Лишь в шторма плывёт наверх,
Съесть кораблик на обед...


Flibustier вне форума Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Capitan Jack Sparrow (08.03.2011), ComPass (05.11.2010), Natali (06.02.2012)
Старый 26.02.2011, 18:33   #45
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Николай Рубцов

Никола́й Миха́йлович Рубцо́в (3 января 1936, село Емецк, Архангельская область - 19 января 1971, Вологда) — русский советский лирический поэт.

Николай Рубцов родился 3 января 1936 в селе Емецк Архангельской области. В 1940 переехал вместе с семьей в Вологду, где Рубцовых и застала война. Мальчик рано остался сиротой - отец, Михаил Андреянович Рубцов (1900-1962), ушел на фронт и, как считали дети, погиб в уже в 1941 (на самом деле отец бросил семью и жил отдельно в Вологде после войны). В 1942 умерла мать, и Николая направили в Никольский детский дом Тотемского района Вологодской области, где он окончил семь классов школы.

С 1950 по 1952 будущий поэт учился в Тотемском лесотехническом техникуме. Затем с 1952 по 1953 работал кочегаром в архангельском траловом флоте треста "Севрыба", с 1953 по 1955 учился в горно-химическом техникуме Минхимпрома в г. Кировск (Мурманская область) (интересно, что здесь в то же время заканчивал школу другой детдомовец и будущий известный писатель — Венедикт Ерофеев). С марта 1955 Рубцов был разнорабочим на опытном военном полигоне в Ленинграде.

С октября 1955 по 1959 проходил армейскую службу на Северном флоте (в звании матроса и старшего матроса). После демобилизации жил в Ленинграде, работая попеременно слесарем, кочегаром и шифтовщиком на Кировском заводе. Однако в душе он живет поэзией, а потому решает изменить свою судьбу.

1962 год - Рубцов получает аттестат зрелости, закончив среднюю школу рабочей молодежи. Сдает экзамены в Московский литературный институт имени А. М. Горького, успешно зачисляется на первый курс. 20 апреля 1963 года - рождение дочери Елены от Генриетты Михайловны Меньшиковой, которую Рубцов знает еще со времен детского дома. Начало мая этого же года - знакомство с поэтессой Людмилой Дербиной. Декабрь этого же года - Рубцов отчислен из института за дебош в Центральном доме литераторов, однако через месяц восстановлен.

1964 год - стихи Николая Рубцова опубликованы в журналах "Юность" и "Молодая гвардия". В июне этого же года поэта вновь отчисляют из института. Январь 1965 года - восстановление на заочном отделении Литинститута. На очное не удалось вернуться из-за несвоевременного привода в милицию. Этот же год - издается первый небольшой сборник стихов Рубцова "Лирика". 1967 год - выходит сборник стихов поэта "Звезда полей", который восторженно встречен критикой. Сборник становится дипломной работой Рубцова. В этом же году он отправляется в поездку с группой писателей. Выступает с чтением своих произведений. 1968 год - Николай Рубцов принят в Союз писателей СССР.

1969 год - окончание Литературного института. Публикация нового сборника "Душа хранит". Конец этого же года - Рубцов начинает постоянно встречаться с Людмилой Дербиной, в результате поселяется у нее в Вологде. 1970 год - выходит в свет последний прижизненный сборник стихов поэта "Сосен шум". 5 января 1971 года – Рубцов и Дербина подают заявление в ЗАГС. Поэт начинает пить. 19 января 1971 года - во время пьяной драки с Дербиной Николай Михайлович Рубцов погибает. Похоронен на городском кладбище Вологды. Дербина была осуждена на 7 лет лишения свободы.
Посмертно изданы два сборника стихов Рубцова: "Зеленые цветы" (1971) и "Подорожники" (1976).
Особой известностью в народе пользуются песни на его стихи – "В горнице моей светло", "Я буду долго гнать велосипед", "В минуты музыки печальной".

Поэзия Рубцова, предельно простая по своей стилистике и тематике, обладает неподдельной искренностью, внутренней масштабностью, тонко разработанной образной структурой.



ТЫ С КОРАБЛЕМ ПРОЩАЛАСЬ...

С улыбкой на лице и со слезами
Осталась ты на пристани морской,
И снова шторм играет парусами
И всей моей любовью и тоской!
Я уношусь куда-то в мирозданье,
Я зарываюсь в бурю, как баклан,-
За вечный стон, за вечное рыданье
Я полюбил жестокий океан.
Я полюбил чужой полярный город
Я вновь к нему из странствия вернусь
За то, что он испытывает холод,
За то, что он испытывает грусть,
За то, что он наполнен голосами,
За то, что там к печали и к добру
С улыбкой на лице и со слезами
Ты с кораблем прощалась нa ветру...

***

МАЧТЫ
Спойлер:
Созерцаю ли звезды над бездной
С человеческой вечной тоской,
Воцаряюсь ли в рубке железной
За штурвалом над бездной морской,-
Всё я верю, воспрянувши духом,
В грозовое свое бытиё,
И не верю настойчивым слухам,
Будто все перейдет в забытьё,
Будто всё начинаем без страха,
А кончаем в назначенный час
Тем, что траурной музыкой Баха
Провожают товарищи нас.
Это кажется мне невозможным.
Всё мне кажется – нет забытья!
Всё я верю, как мачтам надёжным,
И делам, и мечтам бытия.

МОЕ МОРЕ
Спойлер:
Эх ты, море мое штормовое!
Как увижу я волны вокруг,
В сердце что-то проснется такое,
Что словами не выразишь вдруг.
Больно мне, если слышится рядом
Слабый плач
перепуганных птиц.
Но люблю я горящие
взгляды,
Озаренность взволнованных лиц.
Я труду научился на флоте,
И теперь на любом берегу
Без большого размаха
в работе
Я, наверное, жить не смогу...
Нет, не верю я выдумкам ложным,
Будто скучно на Севере жить.
Я в другом убежден:
Невозможно
Героический край не любить!

МОРЕ
Спойлер:
Я у моря ходил. Как нежен
Был сапфировый цвет волны.
Море жизнь вдыхало и свежесть
Даже в мертвые валуны,
Прямо в сердце врывалось силой
Красоты, бурлившей вокруг.
Но великой братской могилой
Мне представилось море вдруг.
Над водой бездонно-синей
В годы грозные, без следа,
Сколько храбрых сынов России
Похоронено навсегда!..
Говорят, что моряк не плачет,
Все же слез я сдержать не смог.
Словно брызги крови горячей
Расплескала заря у ног.
Стало сердце болью самою.
Но росло торжество ума:
Свет над морем борется с тьмою,
И пред ним отступает тьма!

МОРЕ
Спойлер:
Морской простор необычаен:
И с ураганною тоской,
И с громом волн, и с криком
чаек
Непобедим простор морской!
Куда поплыл, кораблик утлый?
Иль самого себя не жаль —
Недолго ярким перламутром
Играет солнечная даль...
Вот он растет, растет из дыма,
Из грома, ветра и тоски
Девятый вал непобедимый
И ни души кругом, ни зги.
И вот он, сердце леденящий,
Летит на мачты, на тебя
Громогрохочущий, кипящий,
Все сокрушая и губя!
В большой беде
матросы-братья.
Кто их любил? Кто их ласкал?
Вот-вот послышатся проклятья
Матросов, гибнущих у скал.
Сигнал «Спасите наши души!»
Кто знает, слышит ли земля?
Средь грома волн,
вдали от суши
Ужасна гибель корабля...
И все же он необычаен
Не только гибелью, — и вот
И громом волн, и криком чаек
Он все зовет тебя, зовет,
Зовет на бой, зовет на волю,
Зовет в сто тысяч голосов,
И вот кому-то в тихом поле
Не даст покоя этот зов,
И кто-то смелый, беспокойный
Услышит зов — рванется в путь,
С достойным встретится
достойный,
Вот где она, морская суть...

МОРЕ
Спойлер:
Вечно в движении, вечно волна
(Шумны просторы морские), -
Лишь человеку покорна она,
Сила суровой стихии.
К морю нельзя равнодушным быть...
Если, настойчиво споря,
Ты говоришь: "Не могу любить!" -
Значит, боишься моря!

МОРЕ
Спойлер:
Ветер. Волны с пеной...
У множества поколений
Море было ареной
Кровопролитных сражений.
Море врагов скрывало
В черной пучине стылой,
Многим героям стало
Вечной братской могилой.
До сих пор, коченея,
Трупы судов разбитых
На берегах чернеют,
Тиной морской покрыты.
В сумраке вод дремлют,
Жертв поджидая, мины...
Но неизбежно время
Полной победы мира!
Люди, отвергнув войны,
Морем в разные страны
Будут водить спокойно
Мирных судов караваны.
Там, где снаряды с воем
Вдруг начинают рваться,
Выстрелы зверобоев
Будут лишь раздаваться.
Да прогремят залпы
Шторма в морском
просторе...
Мир утвердится прочно
И на земле, и на море!

МОРЕ
Спойлер:
В базу лодка вернулась с ученья,
Ночь. Не бывает светлее ночей.
Даже на небе беззвездном свеченье
от корабельных огней,

Море... Да разве вдали от него мне
Скучным покажется пройденный путь?
Шепчет волна набежавшая: «Помни!»
Чайка, как другу, кричит: «Не забудь!»

Руку мою пожимают матросы.
В бурях не дрогнула дружба у нас.
Даже лиловый дымок папиросы
Может о многом напомнить сейчас.

И не хочу я, чтоб тихой да гладкой
Речкою новые дни полились.
Флотская служба отличной зарядкой
Стала за всю беспокойную жизнь.

...Выше взметнулся прибой под скалою,
Что-то знакомое в гуле тая...
Ой ты, суровое, нежное, злое
Море полярное — песня моя!

МАТРОССКАЯ СЛАВА
Спойлер:
Вижу,
как, вскинув штыки
И ленточки закусив,
с яростными глазами
В бой идут моряки.
«Ура!» — кричат, что есть сил,
Суровыми голосами.
И снова раздавлен враг,
Мороз превращает в лед
Снег, красный от пролитой крови..
За верность присяге в боях
С любовью родной народ
Прозвал моряков: «Герои!»
...Зари коммунизма взлет
Все пламенней над страной.
И нынче на страже мира
Нас образ отцов ведет.
И нету силы такой,
Чтоб нашу славу сломила!
Слава героев войны
И слава нашей страды,
где тот же запал — присяга,
Схожи, как две волны,
Схожи, как две звезды,
Как два кумачовых флага!
Слава о флоте гремит,
И путь у нее большой:
она на сердца молодые
Действует, как магнит,
И с детства сильных душой
Зовет в просторы морские.

МАТРОССКИЙ БУШЛАТ
Спойлер:
Я много увидеть хотел —
Манила романтика в дали.
Я, помню, от счастья робел,
Когда мне бушлат выдавали.
Все мысли, все чувства мои
Охвачены гордостью были.
Я знал, что матросы в бои
В таких же бушлатах ходили,
И храбро в дыму и огне
Громили врагов по приказу...
Одел я бушлат и во мне
Вдруг силы прибавилось сразу,
Я вдумчивей стал и скромней,
Покончив с ребяческим нравом:
С друзьями я был наравне,
И с флотским сдружился уставом.
Пусть брызги в лицо, словно град,
Пусть море грохочет у борта.
Меня укрывает бушлат
От брызг и от натиска норда.
На вахте ли в море стою,
Иль в город иду в увольненье, —
Всегда, как на юность свою,
Смотрю на него с уваженьем.

МОРСКАЯ СЛУЖБА
Спойлер:
Все вы привыкли
к слову «аврал».
Это по духу то же,
Что и могучий девятый вал...
Ну, а на штиль
похоже
Что-нибудь в жизни,
которой флот
Славит себя в народе?
Не замирала
и не замрет
Трудная жизнь на флоте.
В том и романтика
без прикрас,
Что до конца от начала
В буднях горячих
служба у нас
Вся, как порыв аврала!

МОРСКИЕ ВЫХОДКИ
Спойлер:
(по мотивам Д.Гурамишвили)

Я жил в гостях у брата.
Пока велись деньжата,
всё было хорошо.
Когда мне стало туго —
не оказалось друга,
который бы помог...

Пришёл я с просьбой к брату.
Но брат свою зарплату
ещё не получил.
Не стал я ждать получку.
Уехал на толкучку,
и продал брюки-клёш.

Купил в буфете водку,
и сразу вылил в глотку
стакана полтора.
Потом, в другом буфете —
дружка случайно встретил
и выпил с ним ещё...

Сквозь шум трамвайных станций
я укатил на танцы
и был ошеломлён:
на сумасшедшем круге
сменяли буги-вуги
ужасный рок-энд-ролл!

Сперва в толпе столичной
я вёл себя прилично,
а после поднял шум:
в танцующей ватаге
какому-то стиляге
ударил между глаз!

И при фонарном свете
очнулся я в кювете
с поломанным ребром..
На лбу болела шишка,
и я подумал: — Крышка!
Не буду больше пить!..

Но время пролетело.
Поёт душа и тело,
я полон новых сил!
Хочу толкнуть за гроши
вторые брюки-клёши,
в которых я хожу...

МАТРОССКАЯ ЮНОСТЬ
Спойлер:
Ночь и ветер.
В тумане прожектор луны:
Очертания скал — из тумана.
И у скал, будто вечное эхо войны,
Угрожающий шум океана...
Но пускай океанские бури
сильны.
Не согнуть им в железном строю
нас:
Коллективным героем
Советской страны
Стала наша матросская юность!

НАЧАЛО ЛЮБВИ
Спойлер:
Помню ясно,
Как вечером летним
Шел моряк по деревне —
и вот
Первый раз мы увидели ленту
С гордой надписью
«Северный флот».
Словно бурями с моря
пахнуло,
А не запахом хлеба с полей,
Как магнитом к нему потянуло,
Кто-то крикнул:
«Догоним скорей».
И когда перед ним появились
Мы, взметнувшие пыль с большака,
Нежным блеском глаза осветились
На суровом лице моряка.
Среди шумной ватаги ребячьей,
Будто с нами знакомый давно,
Он про море рассказывать начал,
У колодца присев на бревно.
Он был весел и прост в разговоре,
Руку нам протянул: «Ну, пока!»
...Я влюбился в далекое море,
Первый раз повстречав моряка!

ПЕРВЫЙ ПОХОД
Спойлер:
От брызг и ветра
губы были солоны,
Была усталость в мускулах остра.
На палубу обрушивались волны,
Перелетали через леера.
Казался сон короче
вспышки залповой.
И обостренность чувств такой была,
Что резкие звонки тревог внезапных
В ушах гремели,
как колокола.
И вот тогда
до головокружения
(Упорством сам похожий на волну)
Я ощутил пространство и движение...
И с той поры
у моря я в плену!
И мне обидно,
если вижу слабого,
Такого, что, скривив уныло рот,
В матросской жизни
не увидит главного
И жалобы высказывать начнет.
Когда бушует море одичалое
И нет конца тревожности «атак»,
Как важно верить
с самого начала,
Что из тебя получится моряк!

ШТОРМ
Спойлер:
Нарастали волны громовые,
Сразу душно стало в рубке тесной:
В сильный шторм попал матрос впервые,
Заболел матрос морской болезнью,
Перенесть труднее, чем горячку,
Этот вид болезни. И встревоженно
Старшина сказал ему: «На качку
Обращать вниманья не положено!»
Про себя ругая шквальный ветер,
Скрыл матрос свое недомоганье
И, собравшись с силами, ответил:
«Есть не обращать вниманья!»
И, конечно, выполнил задачу,
Хоть болезнь совсем его измучила.
Верно говорят: «Моряк не плачет!»,
Не было еще такого случая.

БАРЕНЦЕВО МОРЕ
Спойлер:
Все о вечности здесь говорит.
Здесь
веками
отчаянно-смелые,
Бьются штормы зелено-белые
В серый,
тысячелетний гранит.
Здесь
бессмертье героев
хранит
В штормовом
клокотаньи
и стоне
Флотской славы
живая история —
Обелисков
звездный гранит!

ПЕСНЯ
Спойлер:
Катятся волны по морю,
Чайки тревожно кричат.
Где ж вы, о тихие зори,
Светлые взгляды девчат?
Ветер, холодный ветер
С нами, как лучший друг.
Светит, призывно светит
Дальний маяк Мудьюг.
Ночи без вьюжного воя
Тихие, только бы спать.
Колокол громкого боя
Грянет в тиши. И опять:
Ветер, холодный ветер
С нами, как лучший друг.
Светит, призывно светит
Дальний маяк Мудьюг.
В море среди непокоя
Робких людей не найдешь.
Каждый моряк на героя
В трудном дозоре похож.
Ветер, холодный ветер
С нами, как лучший друг.
Светит, призывно светит
Дальний маяк Мудьюг.
Будут еще не однажды
Танцы в саду и река,
С верною девушкой каждый
Встретит зарю... А пока:
Ветер, холодный ветер
С нами, как лучший друг.
Светит, призывно светит
Дальний маяк Мудьюг!

ПОРТОВАЯ НОЧЬ
Спойлер:
На снегу, как тюлени,
Лежат валуны,
Чайки плещутся в пене
Набежавшей волны.
Порт в ночи затихает,
Все закончили труд,
Огоньками мигает
Их домашний уют...
Вдруг вода загрохочет
У бортов кораблей,
Забурлит, заклокочет,
Как в кипящем котле.
И под шум стоголосый,
Пробуждаясь, опять
Будут жены матросов
Свет в домах зажигать.
Будет снова тревожен
Их полночный уют,
И взволнованно тоже
Дети к окнам прильнут.
Знать, поэтому шквалам,
Нагоняющим жуть,
К заметеленным скалам
Корабли не свернуть.

ВСПОМНИЛОСЬ МОРЕ
Спойлер:
Крыша. Над крышей луна.
Пруд. Над прудом бузина.
Тихо. И в тишине
Вспомнилось море мне.
Здесь бестревожно.
А там,
В хмуром дозоре ночном,
Может, сейчас морякам
Сыгран внезапный подъем.
Тополь. Ограда. Скамья.
Пташек неровный полет...
Скоро из отпуска я
Снова уеду на флот.
Я расскажу, как у нас
Дружным звеном из ворот
С радостью в утренний час
В поле выходит народ.
Я в чистоте берегу
Гордое званье «матрос»,
Я разлюбить не смогу
Край, где родился и рос.
Крыша. Над крышей луна.
Пруд. Над прудом бузина...
С детства мне дорог такой
Родины светлый покой.

В ОКЕАНЕ
Спойлер:
Забрызгана крупно
и рубка, и рында,
но румб отправления дан, —
и тральщик тралфлота
треста "Севрыба"
пошел промышлять в океан.
Подумаешь, рыба!
Подумаешь, рубка!
Как всякий заправский матрос,
я хрипло ругался.
И хлюпал, как шлюпка,
сердитый простуженный нос.
От имени треста
треске мелюзговой
язвил я:
"— Что, сдохла уже?"
На встречные
злые
суда без улова
кричал я:
"— Эй вы, на барже!"
А волны,
как мускулы,
взмыленно,
пьяно,
буграми в багровых тонах
ходили по нервной груди океана,
и нерпы ныряли в волнах.
И долго,
и хищно,
стремясь поживиться,
с кричащей, голодной тоской
летели большие
клювастые
птицы
за судном,
пропахшим треской!

НА БЕРЕГУ
Спойлер:
Однажды
к пирсу
траулер причалил,
вечерний порт приветствуя гудком.
У всех в карманах деньги забренчали,
и всех на берег выпустил старпом.

Иду и вижу -
мать моя родная! -
для моряков, вернувшихся с морей,
избушка
под названием "пивная"
стоит без стёкол в окнах,
без дверей!
Где трезвый тост
за промысел успешный?
Где трезвый дух общественной пивной?..
Я первый раз
зашёл сюда,
безгрешный,
и покачал кудрявой головой.
И вдруг матросы
в сумраке кутёжном,
как тигры в клетке,
чувствуя момент,
зашевелились глухо и тревожно:
—Тебе чего не нравится,
студент?!
—Послушайте, —
вскипел я, —
где студенты?!
Я знаю сам моряцкую тоску!
И если вы - неглупые клиенты,
оставьте шутки,
трескайте треску!
Я сел за стол с получкою в кармане.
И что там делал,
делал или нет,
пускай никто расспрашивать не станет.
Ведь было мне
всего шестнадцать лет!

...Очнулся я, как после преступленья,
с такой тревогой,
будто бы вчера
кидал в кого-то кружки и поленья,
и мне
в тюрьму
готовиться пора!..

А день вставал!
И музыка зарядки
уже неслась из каждого окна.
И, утверждая
трезвые порядки,
упрямо
волны
двигала
Двина!
Родная рында
звала на работу.
И, освежая головы,
опять
летел приказ
по траловому флоту:
— Необходимо
пьянство пресекать!

ВОЛНУЕТСЯ ЮЖНОЕ МОРЕ
Спойлер:
Волнуется южное море.
Склоняясь, шумят кипарисы.
Я видел усталость и горе
В глазах постаревшей актрисы.

Я видел, как ходят матросы
С тоскою в глазах на закате,
Когда задыхаются розы
В бредовом своем аромате.

А ночью под аспидным небом
В томительных сумерках юга
Груженные спиртом и хлебом
Суда окликают друг друга.

И я, увозимый баржой
Все дальше за южною кромкой,
Всему откликаюсь душою
Спокойно уже и негромко.

РОДНОЕ МОРЕ
Спойлер:
Я жил у моря с самого рожденья.
И с той поры, когда мальчишкой был,
С неотразимым чувством восхищенья
Я безотчетно море полюбил.

Любил я свист кочующего шторма,
Картавых птиц над дюнами любил.
И говор волн подслушивал упорно,
И между дюн мечтательно бродил.

Влекли меня матросские дороги
С их штормовой романтикой. И вот
Районный военком, седой и строгий,
Мне коротко сказал: «Пойдешь на флот!»

Любить устав, не требовать покоя,
В суровых буднях мужественным быть —
Не то, что слушать музыку прибоя
И между дюн мечтательно бродить.

Высокий смысл служения Отчизне
Зовет на подвиг смелые сердца.
И очень скоро пафос флотской жизни
Мне близким стал и ясным до конца.

Большое счастье выпало на долю
Неповторимой юности моей:
Мне по душе все радости и боли,
И все тревоги, связанные с ней!

...Над морем ночь.
Не слышно звуков горна,
Лишь громы волн отчетливо слышны.
И неумолчный трубный голос шторма
Мне навевает радостные сны...

УТРО НА МОРЕ
Спойлер:
1

Как хорошо! Ты посмотри!
В ущелье белый пар клубится,
На крыльях носят свет зари
Перелетающие птицы.
Соединясь в живой узор,
Бежит по морю рябь от ветра,
Калейдоскопом брызг и света
Сверкает моря горизонт.
Вчера там солнце утонуло,
Сегодня выплыло — и вдруг,
Гляди, нам снова протянуло
Лучи, как сотни добрых рук.

2

Проснись с утра,
со свежестью во взоре
Навстречу морю окна отвори!
Взгляни туда, где в ветреном просторе
Играют волны в отблесках зари.
Пусть не заметишь в море перемены,
Но ты поймешь, что празднично оно.
Бурлит прибой под шапкой белой пены,
Как дорогое красное вино!
А на скале, у самого обрыва,
Роняя в море призрачную тень,
Так и застыл в восторге молчаливом
Настороженный северный олень.
Заря в разгаре —
как она прекрасна!
И там, где парус реет над волной,
Встречая день, мечтательно и страстно
Поет о счастье голос молодой!

ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ РЕЙСА
Спойлер:
Ах, как светло роятся огоньки!
Как мы к земле спешили издалече!
Береговые славные деньки!
Береговые радостные встречи!

Душа матроса в городе родном
Сперва блуждает, будто бы в тумане:
Куда пойти в бушлате выходном,
Со всей тоской, с получкою в кармане?

Он не спешит ответить на вопрос,
И посреди душевной этой смуты
Переживает, может быть, матрос
В суровой жизни лучшие минуты.

И все же лица были бы угрюмы
И моряки смотрели тяжело,
Когда б от рыбы не ломились трюмы,
Когда б сказать пришлось: "Не повезло".

ХОРОШИЙ УЛОВ
Спойлер:
У тралмейстера крепкая глотка —
Он шумит, вдохновляя аврал!
Вот опять загремела лебедка,
Выбирая загруженный трал.

Сколько всякой на палубе рыбы!
Трепет камбал — глубинниц морей,
И зубаток пятнистые глыбы
В красной груде больших окуней!

Здесь рождаются добрые вести,
Что обрадуют мурманский стан!
А на мостике в мокрой зюйдвестке
С чашкой кофе стоит капитан.

Капитан, как вожатая птица,
В нашей стае серьезен один:
Где-то рядом в тумане таится
Знаменитый скалистый Кильдин...

ПОРТОВАЯ НОЧЬ
Спойлер:
На снегу, как тюлени,
Лежат валуны,
Чайки плещутся в пене
Набежавшей волны.

Порт в ночи затихает,
Все закончили труд,
Огоньками мигает
Их домашний уют...

Вдруг вода загрохочет
У бортов кораблей,
Забурлит, заклокочет,
Как в кипящем котле.

И под шум стоголосый,
Пробуждаясь, опять
Будут жены матросов
Свет в домах зажигать.

Будет снова тревожен
Их полночный уют,
И взволнованно тоже
Дети к окнам прильнут.

Знать, поэтому шквалам,
Нагоняющим жуть,
К заметеленным скалам
Корабли не свернуть.

ВЕСНА НА МОРЕ
Спойлер:
Вьюги в скалах отзвучали.
Воздух светом затопив,
Солнце брызнуло лучами
На ликующий залив!

День пройдет — устанут руки.
Но, усталость заслонив,
Из души живые звуки
В стройный просятся мотив.

Свет луны ночами тонок,
Берег светел по ночам,
Море тихо, как котенок,
Все скребется о причал...
Ответить с цитированием
6 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Captain Flint (23.03.2011), Flibustier (26.02.2011), Natali (11.09.2011), Seawolf (19.03.2011), ТАНАТ (30.12.2011)
Старый 03.03.2011, 19:43   #46
Capitan Jack Sparrow
Матрос
 
Аватар для Capitan Jack Sparrow
 
Регистрация: 03.10.2010
Адрес: Москва
Сообщений: 21
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: 2
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Пираты Чёрной Жемчужины.
Написал я сам, не судите строго)))))
Прикол в том, что написал на уроке Литературы, параллельно уча стих Пушкина)))

Под Покровом ночи на охоты мы плывём,
Галеоны Королевские мы в Клочья раздерём!
Ведь наш Корабль Ненависть, Законы злобный враг!
Под чёрным рваным парусом Чернеет Адский флаг!

Идём мы за наживой,
И кровь людей прольём!
Мы умереть не можем,
Ведь Больше не живём!

Нам неизвестна Жалость,
Ведь в сердце нашем Мрак!
...Сокровища Кортеса...
А жадность нам как брат!

Проклятье наше бремя,
И мы его несём!
Нам безразлично время,
Не горечит нас Ром!

Мы - Мёртвая команда,
Мы - Мёртвый рваный стяг!
Мы - Дьявола отродья,
А дьявол наш вожак!

"Я Сын Фрегата призрака,
Ублюдки, Жрите Ром!
И песнь пиратов мёртвых
Командой запоём!"
__________________


Ни Бог, ни чёрт не виноват
Что в людях демоны ожили
Монахи ордена наживы
Крюками тянут судно в ад

Лучшая игра пиратской тематики: Корсары^ Город Потерянных Кораблей)))
Capitan Jack Sparrow вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), SaurIn (30.05.2011)
Старый 22.03.2011, 19:30   #47
Бен Джойс
Старожил
Капитан-лейтенант
Морской волк
 
Аватар для Бен Джойс
 
Щедрый корсар:
Регистрация: 24.09.2008
Сообщений: 3,411
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: 300

Награды пользователя:

По умолчанию Русские поэты о море

Полонский Яков Петрович

Полонский Яков Петрович (6 (18) декабря 1819, Рязань - 18 (30) октября 1898, Санкт-Петербург) — русский поэт и прозаик.

Родился в Рязани, в небогатой дворянской семье. Окончил юридический факультет Московского университета. В 1855 году Полонский издал большой сборник стихотворений, сочувственно встреченный критикой, прежде всего «Современником». После этого сборника имя Полонского становится широко известным в литературных кругах. В 1859 году Полонский стал редактором журнала «Русское слово». Вскоре он отказался от редакторской деятельности. В дальнейшем служил младшим цензором Комитета иностранной цензуры и членом совета Главного управления по делам печати. В 1859 году выпустил новый сборник стихотворений, на который откликнулся сочувственной рецензией Добролюбов, упрекнувший, однако, автора в том, что он только грустит по поводу зла, но не выходит на борьбу с ним. В 1869–1870 годах Полонский издал собрание своих сочинений.
Умер Полонский в Петербурге, , похоронен в Рязани на территории Рязанского кремля.

Полонский был очень плодовитым автором, но из всего его наследия в памяти потомков остались лишь лирические стихотворения. Лирика Полонского отличается гуманностью: он сочувствует бедному человеку, внимательно следит за его настроениями и переживаниями, умея передать их намеком, через случайные впечатления или отрывочные воспоминания.

Критики, писавшие о Полонском , единодушно отмечали, что в поэзии его очень важное место занимает «сказочный», «волшебный» или «фантастический элемент», что стихи его в громадном числе представляют собой поэзию грез и сна, тайн и загадок, видений и прозрений. Например, на Кавказе поэт написал едва ли не лучшее свое стихотворение - " Качка в бурю ", в нем весь Полонский , здесь он неповторим. В бурю в открытом море, на краю гибели, поэту снятся золотые сны о детстве, о няне и ее колыбельных песнях... В этих стихах проявляется натура поэта; причудливое сплетение беспечности, детскости и отваги.
В его стихах читаем бодрое чувство надежды на лучшее будущее. Стихотворение «На корабле» - как раз является прекрасным образом истинно поэтической аллегории, в котором надежды на спасение «родного корабля» поэт не отделяет от веры в общее всемирное благо.





МАЯК
Спойлер:
Вон светит зарево над морем! за скалой
Мелькают полосы румяного тумана -
То месяц огненный, ночной товарищ мой,
Уходит в темные пучины океана.

Прости!.. Я звезд ищу, их прежнего следа
Ищу я, - по распутьям ночи ясной
Я видел в сонме звезд красавица звезда
Текла - но, видно, луч ее потух в напрасной
Борьбе с туманами, которых путь ненастный
По небу тянется, как черная гряда.

Лучи небесные, прощайте!.. Взор блуждает.
Где берега? - где море? - где восток!..
Как в сумрачной степи пустынный огонек,
Один маяк вдали - и нет ему затменья,
И светится вдали, как огненный глазок.

Один маяк вдали - нет ему затменья,
И дела нет ему до мрачных облаков,
Как будто видит он ночное приближенье
К нему издалека идущих парусов.
Горит - а на меня наводит утомленье
Печальный шум невидимых валов.

1845


КАЧКА В БУРЮ
(Посвящается. М. Л. Михайлову)
Спойлер:
Гром и шум. Корабль качает;
Море темное кипит;
Ветер парус обрывает
И в снастях свистит.

Помрачился свод небесный,
И, вверяясь кораблю,
Я дремлю в каюте тесной...
Закачало - сплю.

Вижу я во сне: качает
Няня колыбель мою
И тихонько запевает -
"Баюшки-баю!"

Свет лампады на подушках,
На гардинах свет луны...
О каких-то все игрушках
Золотые сны.

Просыпаюсь... Что случилось?
Что такое? Новый шквал? -
"Плохо - стеньга обломилась,
Рулевой упал".

Что же делать? что могу я?
И, вверяясь кораблю,
Вновь я лег и вновь дремлю я...
Закачало - сплю.

Снится мне: я свеж и молод,
Я влюблен, мечты кипят...
От зари роскошный холод
Проникает в сад.

Скоро ночь - темнеют ели...
Слышу ласково-живой,
Тихий лепет: "На качели
Сядем, милый мой!"

Стан ее полувоздушный
Обвила моя рука,
И качается послушно
Зыбкая доска...

Просыпаюсь... Что случилось? -
"Руль оторван; через нос
Вдоль волна перекатилась,
Унесен матрос!"

Что же делать? Будь что будет!
В руки Бога отдаюсь:
Если смерть меня разбудит -
Я не здесь проснусь.

1850


НА КОРАБЛЕ
Спойлер:
Стихает. Ночь темна. Свисти, чтоб мы не спали!..
Еще вчерашняя гроза не унялась:
Те ж волны бурные, что с вечера плескали,
Не закачав, еще качают нас.
В безлунном мраке мы дорогу потеряли,
Разбитым фонарем не освещен компáс.
Неси огня! звони, свисти, чтоб мы не спали! -
Еще вчерашняя гроза не унялась...
Наш флаг порывисто и беспокойно веет;
Наш капитан впотьмах стоит, раздумья полн...

Заря!.. друзья, заря! Глядите, как яснеет -
И капитан, и мы, и гребни черных волн.
Кто болен, кто устал, кто бодр еще, кто плачет,
Чтó бурей сломано, разбито, снесено -
Все ясно: Божий день, вставая, зла не прячет...
Но - не погибли мы!.. и много спасено...
Мы мачты укрепим, мы паруса подтянем,
Мы нашим топотом встревожим праздных лень -
И дальше в путь пойдем, и дружно песню грянем:
Господь, благослови грядущий день!

1856


КОРАБЛИКИ
Спойлер:
Я, двух корабликов хозяин с юных дней,
Стал снаряжать их в путь: один кораблик мой
Ушел в прошедшее, на поиски людей,
Прославленных молвой,

Другой — заветные мечты мои помчал
В загадочную даль — в туман грядущих дней,
Туда, где братства и свободы идеал,
Но — нет еще людей.

И вот, назад пришли кораблики мои:
Один из них принес мне бледный рой теней,
Борьбу их, казни, стон, мучения любви
Да тяжкий груз идей.

Другой кораблик мой рой призраков принес,
Мечтою созданных, невидимых людей,
С довольством без рабов, с утратами без слез,
С любовью без цепей.

И вот, одни из них, как тени прошлых лет,
Мне голосят: увы! для всех один закон,—
К чему стремиться?! знай — без горя жизни нет;
Надежда — глупый сон.

Другие мне в ответ таинственно звучат:
У нас иная жизнь! У нас иной закон...
Не верь отжившим, пусть плывут они назад,—
Былое — глупый сон!

1870


КОРАБЛЬ ПОШЕЛ НАВСТРЕЧУ ТЕМНОЙ НОЧИ...
Спойлер:
Корабль пошел навстречу темной ночи...
Я лег на палубу с открытой головой;
Грустя, в обитель звезд вперил я сонны очи,
Как будто в той стране таинственно-немой
Для моего чела венец плетут Плеады
И зажигают вечные лампады,
И обещают мне бессмертия покой.

Но вот - холодный ветр дохнул над океаном;
Небесные огни подернулись туманом...
И лег я ниц с покрытой головой,
И в смутных грезах мне казалось: подо мной
Наяды с хохотом в пучинный мрак ныряют,
На дне его могилу разгребают -
И обещают мне забвения покой.

1859


В ДНИ, КОГДА НАД СОННЫМ МОРЕМ...
Спойлер:
В дни, когда над сонным морем
Духота и тишина,
В отуманенном просторе
Еле движется волна.

Если ж вдруг дохнет над бездной
Ветер, грозен и могуч,
Закипит волна грознее
Надвигающихся туч,

И помчится, точно в битву
Разъяренный шпорой конь,
Отражая в брызгах пены
Молний солнечный огонь,

И, рассыпавшись о скалы,
Изомнет у берегов
Раскачавшиеся перья
Прошумевших тростников.

1876




.
__________________

Последний раз редактировалось makarena; 10.02.2012 в 18:46. Причина: пост приведен в соответствии с темой
Бен Джойс вне форума Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Flibustier (09.05.2011), Natali (06.02.2012)
Старый 23.03.2011, 18:42   #48
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Александр Грин

Александр Степанович Грин - псевдоним, настоящее имя Александр Стефанович Гриневский (23.8.1880 - 8.7.1932) - русский писатель, классик отечественной литературы.

Родился в г.Слободской Вятской губернии в семье ссыльного поляка Стефана (Степана) Гриневского. С детства бредил морем, запоем читал о мореплавателях и путешествиях, мечтал стать моряком и даже предпринимал попытки убежать из дома. Из дома он в конце концов убежал и моряком стал, но не надолго. Вел бродячую жизнь, работал матросом, рыбаком, мыл золото на Урале, служил в армии, где вступил в партию социалистов-революционеров. В Севастополе вел социалистическую агитацию, за что был арестован и осужден. Наказание отбывал в тюрьме и трех ссылках. Публикуется с 1906 года. Вскоре Грин отходит от непосредственной политической деятельности и в дальнейшем работает как профессиональный литератор. В 1912 году приезжает в Петербург. В это время Грин пишет в основном рассказы. После революции, которую Грин пережил очень болезненно, что видно по его произведениям 1918-1919 годов, главной темой его творчества становится столкновение свободы и несвободы. В 1924 Грин переезжает в Феодосию. Постепенно его творчество входит в явный конфликт с идеологическими установками партии и Грина почти перестают издавать. В 1930 году писатель перебирается в Старый Крым, где два года спустя умирает от рака легких.


А еще Александр Грин писал стихи. О революции, о жизни, о любви.
Сам Грин при жизни ни разу не пытался издать свои стихотворения, считая их не достаточно талантливыми. Но лиризм его речи, поэтичность всегда выдавали в нём поэта.
Многие видные литературоведы сожалеют о том, что стихи Грина не вошли ни в одно издание посмертных его сочинений.
Однако, герои его произведений поют песни, которые сочинил сам писатель.


Стихотворения из рассказов Александра Грина:

Из рассказа "Остров Рено":
Кто спит на вахте у руля,
Не размыкая глаз?
Угрюмо плещут лиселя,
Качается компас,
И ждет уснувшая земля
Гостей веселых - нас.
слабеет сонная рука,
Умолк, застыл штурвал,
А ночь - угроза моряка -
Таит зловещий шквал,
Он мчится к нам издалека,
Вскипел - и в тьме пропал.
Пучина ужасов полна,
А мы глядим вперед,
Туда, где знойная страна
Красотками цветет.
Не спи, матрос! Стакан вина,
И в руки - мокрый шкот!
Мы в гавань с песней хоровой
Ворвемся, как враги,
Как барабан - по мостовой,
Веселые шаги!
Проснись, угрюмый рулевой,
Темно, кругом - ни зги!


Из рассказа "Пролив Бурь":
Свет не клином сошелся на одном корабле:
Дай, хозяин, расчет!..
Кой-чему я учён в парусах и руле,
Как в звездах - звездочет!

С детства клипер, и шхуна, и стройный фрегат
На волне колыхали меня;
Я родня океану - он старший мой брат,
А игрушки мои - русленя!


Из рассказа "Корабли в Лиссе":
Не ворчи, океан, не пугай.
Нас земля испугала давно.
В теплый край -
Южный рай -
Приплывем все равно.

Хлопнем, тетка, по стакану!
Душу сдвинув набекрень,
Джон Манишка, без обмана,
Пьет за всех, кому пить лень!

Ты, земля, стала твердью пустой;
Рана в сердце... Седею... Прости!
Это твой
След такой…
Ну - прощай и пусти!

Южный Крест там сияет вдали.
С первым ветром проснется компас.
Бог, храня
Корабли,
Да помилует нас!


.
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Captain Flint (23.03.2011), Mephistopheles (24.03.2011), Natali (11.09.2011)
Старый 10.04.2011, 23:31   #49
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Юджин Ли-Гамильтон

Юджин Джейкоб Ли-Гамильтон (Eugene Jacob Lee-Hamilton) - английский сонетист Нового времени. Писал в стиле Петрарки.
06 января 1845г. – 07 сентября 1907г.


Юджин Ли-Гамильтон родился шестого января 1845 года. В девятнадцать лет он поступил в Ориэл-Колледж (Oriel College), где впоследствии учредит ежегодную премию в шестьдесят фунтов за лучший петраркианский сонет, которая существует и по сей день. В 1869 году Юджин, не получив степени, покидает Оксфорд и поступает на дипломатическую службу, но не прекращает самообразования. В это же время у него впервые проявляются симптомы психосоматического заболевания. Карьере дипломата пришел конец. Ли-Гамильтон выходит в отставку в 1874 году. Он находится в полупарализованном состоянии.
Юджин находится в полуподвижном состоянии, испытывая постоянную физическую боль. Всю жизнь его теперь составляют чтение, беседы, письма. И в то же время он, которому иногда требуется концентрация всех своих сил, чтобы произнести несколько слов и продиктовать сочиненный стих, публикует все свои основные поэтические работы. Ли-Гамильтон пишет книгу за книгой и не только оригинальных стихотворений, он пробует себя в качестве переводчика.
Можно сказать, что основной причиной стойкости Ли-Гамильтона был дух поэзии, снизошедший на него. Поэт выпускает четыре книги лирики: “Стихотворения и стилизации” (1878), “Боги, святые и люди” (1880), “Новая Горгона” (1882), “Аполлон и Марсий” (1884). В 1888 году выходит книга “Воображенные сонеты”, которая не только обратила внимание на Ли-Гамильтона как на серьезного мастера, но стала литературным памятником. Она включала в себя итальянские сонеты-монологи, произносимые в переломные моменты жизни разнообразнейшими персонажами, как историческими, так и мифологическими. Далее Ли-Гамильтон выпускает пьесу в стихах “Фонтан юности” (1891) и вторую книгу сонетов “Сонеты бескрылых часов” (1894). В основном — это стихотворения об исторических и мифологических персонажах, правда, уже не в форме монолога. В последние годы жизни Ли-Гамильтон пишет прозу. Наиболее известен роман “Властитель алой звезды” (1903).
Умирает поэт 7 сентября 1907 года. С 1909-го по 2002-й стихотворения Ли-Гамильтона появлялись только в сборниках викторианской поэзии. Тем не менее “Воображенные сонеты” отмечаются как одна из вех английской поэзии девятнадцатого столетия.



Сонеты из книги "Воображенные сонеты":

ВАСКО ДА ГАМА – ДУХУ БУРЬ (1504 г.)
Перевод с английского - Юрий Лукач
Спойлер:
Со всех сторон струился жидкий ад:
Там посреди кипящей котловины
Валов морских свинцовые вершины
Крушили мне борта, за рядом ряд.

В полночном небе, устрашавшем взгляд,
Где бушевала звездная лавина,
Явился ты в обличьи исполина,
И прогремел твой голос, как набат:

«Прочь! Я один – хозяин этих вод!
Вернись обратно, смертный, без урона!
Вернись, не то тебя погибель ждет!»

Но я вперед стремился непреклонно –
И стихли волны, заблестел восход,
И мне открылась Индии корона.

Vasco de Gama to the Spirit of Tempests
(1504)

All round about us was a liquid hell;
In monstrous chains the livid summits ran
Beneath thy breath to crush us; and where man
Had never sailed, roared round our tortured shell.

Then on the lurid sky, where rose and fell
The black horizon wave, as night began,
I saw thee loom, immense and vague and wan,
And heard thy voice, that seemed a booming bell:

“Back – back!” thou howl'dst; “these boundless seas are mine.
Here is no place for man. Here I alone
Have right to reign. Back, back, while life is thine!”

But I pushed on, and made thy seas my own;
And by-and-by I saw the tossing line
Of waves subside, to show me India's throne.

ПИЛИГРИМ С "МЭЙФЛАУЭРА" - ИСЧЕЗАЮЩИМ УТЕСАМ (1620 г.)
Перевод с английского - Юрий Лукач
Спойлер:
Гряды английских меловых камней,
Исчезните за пологом тумана,
Нас не страшит коварство океана —
Людские козни много солоней.

Прощай, уют отеческих огней,
Знакомый луг, где травы пахнут пряно;
Свобода стоит буйства урагана,
С ней скудный хлеб монаршего вкусней.

Мы — Господа возлюбленное стадо,
И потому не ведаем преград:
Как Он сгубил испанские армады,

Так в Новый свет Своих любезных чад
Доставит, усмиряя волн громады —
Пусть чайки возмущенные кричат.

Спойлер:
«Мэйфлауэр» – трехмачтовый барк, на котором группа английских пуритан (называвших себя «пилигримами») пересекла в 1620 г. Атлантический океан и основала Плимутскую колонию, первое британское поселение в Северной Америке, положившее начало колониям Новой Англии.


A MAY-FLOWER PILGRIM TO THE FADING CLIFFS
(1620)


Fade, fade, ye cliffs; fade, England, from our lives
As twilight closeth on the vessel's path:
The ocean's rage is kinder than man's wrath:
Our tears are salter than the spray that drives,

And fast they fall. Farewell, ye human hives;
Ye village bells, and fragrant meadow math;
On, on, towards the wilderness that hath
Freedom, scant food, and winds that cut like knives.

For Lord, oh, Thou art with us; and Thy breath
Will blow us to a haven, as it blew
The captains of the Spaniard to their death.

From Thee we have the impulse and the clue;
And chains of liquid peaks will sink beneath
Thy smoothing hand, though shrieks the ocean mew.

КАПИТАН КИДД – СВОЕМУ ЗОЛОТУ (1701 г.)
Перевод с английского - Юрий Лукач
Спойлер:
Проклятым кладом я порабощен.
Мне снилось: он к моей привязан шее,
И волокут дублоны и гинеи
Меня на дно, надежно взяв в полон.

Тонул я, а ко мне со всех сторон
Утопленники плыли, свирепея
От вида долгожданного трофея,
Вцеплялись в тело с криком: "Это он!"

Ужасна мне подобная расплата,
И кажется ничтожною ценой
В пещере вечно караулить злато

Иль маяться под крапчатой луной,
Покуда чья-то жадная лопата
Не откопает клад, зарытый мной.


Captain Kidd to His Gold
(1701)


My buried treasure leaves me never free:
Last night I dreamt that all my gold was tied
About my neck, and ten times multiplied
To sink me through a bottomless dim sea.

And as I sank, as straight as straight can be,
The drowned and swollen crews from every side,
Livid as lead, swam up to me and tried
To clutch and bite, and cried, “It's he! it's he!”

Compared with that unutterable fright
Eternal hunger would appear a boon,
In caves with all my gold to left and right;

Or else to flit beneath the mottled moon
Among these islands, 'mid the birds of night,
Till men, at last, dig up my last doubloon.

КАПИТАН КИДД – СВОЕМУ ЗОЛОТУ (1701 г.)
Перевод с английского - Максим Калинин
Спойлер:
Не отпускает золото меня.
Был сон: все, что награбил я когда-то,
Собрали до последнего дуката
И привязали с помощью ремня
На шею мне и — в воду, смерть чиня.
Тону, и вдруг: “Хватай его, ребята!”
Вся шайка до последнего пирата
Лежит на дне. Закрылась западня!
Что ж, вечный страх сильней, чем вечный голод.
Пускай другие мой отыщут клад
И сами понесут под сердцем холод.
А я взлечу в пространство, где кричат
Ночные птицы, бродит месяц, молод,
И стану слушать шарканье лопат.

ГЕНРИХ I - К МОРЮ (1120г.)
Перевод с английского - Максим Калинин
Спойлер:
Забрав того, в ком жизнь моя была,
Все забирай, безжалостное море!
Хочу я, чтоб волна с землею в споре
И короля, и прочих погребла!
Пускай же там, где Англия цвела,
Кружатся чайки на морском просторе,
А в кафедральном лондонском соборе
Гнездятся крабы — там покой и мгла!
Пускай же кормчий в бурю или в штиль,
Завидев из воды торчащий шпиль,
Отпустит руль и, поклонясь святыне,
Промолвит: “Стала дном морским земля
Молитвою страдальца-короля,
Скорбевшего об утонувшем сыне!”
Спойлер:
Генрих I (1068—1135) — младший сын Вильгельма Завоевателя, с 1100 г. по 1135 г. — на английском троне. В 1120 г. семнадцатилетний сын короля Вильгельм утонул при кораблекрушении во время бури в проливе Ла-Манш. Говорят, что Генрих, возлагавший на единственного наследника мужского пола большие надежды, после его гибели ни разу не улыбнулся. Король вызвал в Англию свою дочь Матильду (Мод), вдову императора Священной Римской империи Генриха V, которую бароны и духовенство поклялись признать наследной госпожой Англии и Нормандии. Но после смерти Генриха I трон захватил Стефан Блуа, внук Вильгельма Завоевателя от дочери Аделии. Несколько лет между сторонниками Матильды и Стефана велась гражданская война.

КОЛУМБ - СВОИМ КАНДАЛАМ (1502г.)
Перевод с английского - Максим Калинин
Спойлер:
Я до сих пор храню вас, кандалы,
Предмет несправедливости и злобы,
И перед смертью попрошу я, чтобы
Закованным войти в пределы мглы.
Железной удостоен похвалы
Я был за носку просоленной робы,
За то, что килем сек морей утробы —
За Новый Свет, что застят волн валы.
Я чувствую мучительную радость,
Какую, верно, ощущал Христос,
Когда под римский бич подставил плечи.
Кандальной цепью, коя мне не в тягость,
Я скован с Тем, кто вел меня средь гроз —
Страшна ль мне лживость королевской речи?

БАЛЬБОА - ТИХОМУ ОКЕАНУ (1513г.)
Перевод с английского - Максим Калинин
Спойлер:
Вчера, как только шум дневной утих,
Я встал на холм, дорогу выбирая,
И в тот же миг коснулся взглядом края
Твоих одежд, маняще-золотых.
Сегодня, словно раб, у ног моих
Простерся ты, униженно мечтая
Присягу дать Испании. Густая
Трепещет пена на волнах больших.
Русалки, нереиды и тритон,
Внимайте мне, чешуйчатые твари!
Хозяин мой, могущественный дон
Фернандо, вас подвергнет страшной каре,
Когда вы из сокровищниц глубин
Присвоите хоть камушек один!
Спойлер:
Бальбоа, Васко Нуньес де Бальбоа (1475—1517) — испанский мореплаватель и колонизатор, родился в 1475 г. в Херес де лос-Кабаллерос (в Бадахосской провинции). В молодости вел разгульную жизнь; отправившись в Сан-Доминго, примкнул к экспедиции, снаряженной в 1510 г. Франциском де Энрико, причем, скрываясь от кредиторов, должен был спрятаться в бочку, в которой его и внесли на корабль. Во время восстания в колонии сделался ее начальником. Смутные сведения, ходившие о существовании большого западного океана, побудили его в 1513 г. предпринять путешествие к этому океану. Действительно, 26 сентября того же года он увидел море с вершины одной из гор Панамского перешейка. Но Педрарий Давила происками при испанском дворе получил начальство над землями, завоеванными Бальбоа. Бальбоа подчинился в 1514 г. новому правителю, человеку бесхарактерному и жестокому, и, занимая в колонии второстепенную роль, совершил еще несколько открытий. Эти заслуги еще более усилили ненависть к нему Давилы. Испанское правительство старалось восстановить между ними согласие; Бальбоа женился даже на дочери своего врага, но, несмотря на это, был обвинен в 1517 г. в подготовке восстания и обезглавлен в Кастильо д’Оро.

ПОНСЕ ДЕ ЛЕОН - ИСТОЧНИКУ ЮНОСТИ (1520г.)
Перевод с английского - Максим Калинин
Спойлер:
I
Я море бороздил за годом год,
Плутая в островах архипелага,
Но ближе ты не стал ни на полшага,
Алмазный всплеск животворящих вод!
В пути мне поседеть пришел черед,
И станом я уже не прям, как шпага.
Мое чело — измятая бумага,
Где время пишет перечень забот.
Ты существуешь, в этом нет ошибки.
И как мечта, сквозящая в улыбке,
В струе прозрачной золото сквозит.
Я вдаль смотрю, собрав остатки веры,
Пока лакают из тебя пантеры
И влага раны рваные целит.
II
Как знать, источник, может, никогда,
К тебе я не приближусь ни на локоть,
Чтоб сердце принялось от счастья екать,
Едва блеснет алмазами вода?
Другие станут руки без труда
В сокровищницу запускать по локоть
И языками восхищенно цокать,
А я — все твоего ищу следа.
Но отступать не вижу я причины,
И потемнеют странника седины,
Растрепанные не морском ветру,
Когда тебя я в горсти наберу.
Но если вдруг, стерев с лица морщины,
Я в тот же миг от радости умру?
Спойлер:
Понсе де Леон Хуан (ок. 1460—1521) — испанский конкистадор, губернатор Доминиканской республики, а позже и Пуэрто-Рико. Более десяти лет посвятил поискам легендарного острова Бимини, где есть источник, дарующий вечную молодость. В ходе странствий открыл, приняв сначала за остров, Флориду (Pascua de Florida — цветущая земля), ставшую первым испанским владением на континенте Северной Америки.

ДОН КАРЛОС - ЕЛИЗАВЕТЕ ВАЛУА (1565г.)
Перевод с английского - Максим Калинин
Спойлер:
На западе цвет моря фиолетов.
Я странные открыл там острова:
Спускаешься на берег и едва
Не слепнешь от сиянья самоцветов!
Там бабочки — как вспышки ярких светов,
Их от цветов не отличишь. Листва
Благоухает так, что голова
Кружится. Там раздолье для поэтов.
Пришлось в дороге трудно кораблю.
Не раз он избегал прямой угрозы
Стихий, но трюм алмазами набил.
Твоя любовь, как море, где он был, —
Ты делишь, на мои не глядя слезы:
Угрозы — мне, алмазы — королю.
Спойлер:
Дон-Карлос (1545—1568) — инфант испанский, сын Филиппа II и первой жены его, Марии Португальской. Через четыре дня после рождения Карлоса мать его умерла, а отец редко видел сына и мало интересовался его судьбой. В 1558 г. Филипп собирался женить сына на Елизавете Валуа, дочери короля Генриха II, но потом переменил решение и предпочел сам жениться на невесте сына. Брак этот (1560) произвел на Карлоса самое неприятное действие. Молодая королева вскоре после замужества стала выказывать дружеское расположение к Карлосу, а он за это выражал ей свою признательность подарками. Филипп начал ревновать. В феврале 1560 г. Филипп потребовал от кортесов присяги в верности Карлосу, как принцу Астурийскому и наследнику престола, но немного позже отправил его в Алькальский университет с тем будто бы, чтобы держать его подальше от двора. Далее отношения между отцом и сыном продолжали портиться, и нельзя точно сказать, является ли смерть инфанта, арестованного по обвинению в подготовке заговора против короля, естественной.


.

Последний раз редактировалось makarena; 10.04.2011 в 23:38.
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Flibustier (09.05.2011), Natali (11.09.2011), Сеньор Кортес (11.04.2011)
Старый 09.05.2011, 00:03   #50
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Михаил Щербаков

Михаи́л Константи́нович Щербако́в - русский поэт, автор и исполнитель песен.

Родился в городе Обнинске Калужской области в 1963 г.
Окончил филологический факультет Московского университета. С этого времени — профессиональный автор-исполнитель.
Живет в Москве. Пишет песни с 1978 года. Выступает с концертами (с акустической гитарой).
Выпустил больше 20 дисков, аудиокассеты, книги песен и стихов.








.
ПУСТЫЕ БОЧКИ ВИНОМ НАПОЛНЮ
Спойлер:
Пустые бочки вином наполню,
Расправлю вширь паруса-холсты.
Прости-прощай, ничего не помню,
Рассвет настал, небеса чисты.

Начну с рассвета, пойду к закату.
Там, на закате уже весна.
Покуда плыть хорошо фрегату,
Пирату жить хорошо весьма.

Восток горячий хрустит поджаристо,
Где-то слышен металл.
Но ты, Мария, не плачь, пожалуйста,
Час еще не настал.
Из бури выйду, из драки вылезу,
Сколь меня ни трави.
Одно лишь есть, чего я не вынесу -
Это слезы твои.

Но час еще не настал...

Чужие люди твердят порою,
Что невсамделишный я пират.
Да, я не живу грабежом и кровью,
И это правду они говорят.

Скорей я мог бы царей потешить,
Сойти на берег, овец пасти...
Но чтобы других убивать или вешать,
Что вы, Бог меня упаси!

Повис над морем туман безжалостный,
Белый, как молоко.
Но ты, Мария, не плачь, пожалуйста,
Смерть еще далеко.

Ничто не вечно, бояться нечего,
Сядь, смолчи, пережди,
Не верь прохожему опрометчиво,
Все еще впереди.

Да... смерть... еще далеко...

И пусть вовеки не быть возврату,
И все кругом застелила тьма.
Покуда плыть хорошо фрегату,
Пирату жить хорошо весьма.

Никто стихии не одолеет,
Ни я, ни люди, ни корабли.
Но не погибну, покуда тлеет
Во мгле страданья огонь любви.

И я мечтаю, чтоб он пожаром стал
И объял бы моря.
Но ты, Мария, не плачь, пожалуйста,
Это просьба моя
Одна, но есть еще и вторая:
К концу последнего дня
Скажи священнику, умирая,
О том, что помнишь меня...

Все еще впереди...
Смерть еще далеко...
Не плачь!..
1986

БУРЯ НА МОРЕ
Спойлер:
Конечно - гибель поначалу
Страшит. Тем паче с непривычки.
Но мы же вас предупреждали -
Еще тогда, на твердой суше, -
Что рейс под силу лишь нахалу,
Что в трюме течь и нет затычки;
И вы свое согласье дали
На все. Так не мелите чуши.

Какой маяк? Какие шлюпки?
С ума сошли вы иль ослепли!
Ни зги вокруг, мы в центре бездны,
И души наши очень скоро
Взовьются к небу, как голубки, -
Хотя скорей им место в пекле...
Короче, будьте так любезны
Молчать - и гибнуть без позора!

Молитесь - если не нелепо
В минуту страха или горя
Взывать к тому, кто сам когда-то
Не избежал смертельной чаши:
Едва ли выпросишь у неба,
Чего не выпросил у моря.
Смешна стихиям эта трата
Словес. Но, впрочем, дело ваше.

Меня же ждут мои творенья,
Мои труды, мои бумаги.
Пойду готовить их к печати,
Чтоб не пропали в царстве рыбьем:
Стекло подарит им спасенье,
Сургуч предохранит от влаги...
На всякий случай - все прощайте.
Но если выплывем, то выпьем.

МЧИСЬ НАД ВОЛНОЙ, СМЕЛЫЙ
Спойлер:
Мчись над волной, смелый,
Парусник мой белый.
Над головой шалой
Светится Марс алый.

Лево руля, Ларсон!
Может быть, я с Марса.
Может быть, я пришлый
И на Земле лишний.

Может быть, я - вечный.
Может, мой путь - Млечный.
(И) на пути этом
Краю-конца нету.

Остров ли там, мыс ли?
Племя ль чужой крови?
Иль это тень мысли
О дорогом крове?

Иль это мой облик,
Иль это мой отблеск
В шуме ветвей древа,
В песне твоей, дева?..

Иль от тебя эта
Ночь меня прочь гонит,
Иль в глубине где-то
Черт водяной стонет,

Днища судам моет,
Всех на себе носит,
А по ночам воет:
Душу мою просит.

Я людям отдам сушу,
Я небо отдам Богу,
Я черту отдам душу.
Их у меня много.

И, словно дурной признак,
Явится мой призрак
В шуме ветвей древа,
В песне твоей, дева.

Зря ты глаза прячешь,
Зря мне покой прочишь,
Знаю, о чем плачешь, -
Сердце забрать хочешь.

Ну что ж, запирай дверцы.
Но помни, ведь я с Марса.
Что ж, забирай сердце,
Их у меня - масса.

И каждое мне мило.
И в каждом из них - сила,
И знамя моей воли,
И пламя моей боли.

Но это не мой облик,
Это лишь мой отблеск
В шуме ветвей древа
В песне твоей, дева...
1982

ОСТРОВА
Спойлер:
Сын мой!
Никаких островов нет.
Успокойся, не трать сил.
Это все моряки лгут.
С моряков невелик спрос.
Верь мне:
ни один из моих слуг
не встречал островов тех.
Я допрашивал всех, сын.
Я пытался искать сам.
Семь дней
семь моих кораблей шли;
семь точнейших морских карт
я имел под рукою;
семь ночей не смыкал глаз...
Все зря!
Сколько я ни глядел вдаль,
горизонт был всегда чист,
океан бал кругом пуст.
Я вернулся ни с чем, сын.
Бог весть,
кто велел морякам лгать!
Вероятно в любой лжи
заключен потайной смысл...
Но они говорят вздор!
Сын мой,
моряки - это так, звук...
Корабли - чепуха, блажь...
Ибо некуда им плыть.
География - бред, сын.
Цепь волн
образует сплошной круг.
Одинок материк наш.
Острова - это счастье.
Никаких островов нет.
Семь дней
длится путь или семь лет -
либо вспять повернет он,
либо в зубы китам, тем,
на которых стоит мир...
Подходи к океану не раньше чем
уяснишь наставленье мое. Подожди,
пока станешь разумен и трезв. И тогда -
подходи к океану, без риска ослепнуть
при виде семи островов из легенды,
семи островов золотых... Моряки
говорят: их не больше, не меньше,
но именно семь...



.
Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Flibustier (09.05.2011), Natali (11.09.2011)
Старый 14.05.2011, 17:38   #51
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Михаил Гуськов

Михаил Гуськов - поэт и писатель, журналист, лауреат Всесоюзных и Всероссийских телевизионных конкурсов песни "Песня Года", лауреат журналистского конкурса "За самый сенсационный материал года".

Автор о себе: Песни на мои стихи исполняли многие выдающиеся исполнители советской и российской эстрады, Народные артисты России: Лев Лещенко, Вячеслав Добрынин, Надежда Бабкина, Александр Малинин, Валентина Толкунова, Надежда Кадышева, Сергей Захаров, Наталья Баннова, Народная артистка Грузии Тамара Гвердцители, артисты Ольга Зарубина, Стелла Джанни, Азиза Мухаммедова, Галина Улетова, Боба Грек, Андрей Биль и многие др.
Несколько артистов с моими песнями завоевали гран-при и стали лауреатами или дипломантами на всероссийских конкурсах песни.
В моем творчестве был десятилетний перерыв, с 1998 по 2008 год, когда я не имел возможности заниматься песнями. В настоящее время начинаю активно знакомить со своим творчеством продюсеров, артистов и композиторов.



ПИРАТСКИЙ БРИГ
Спойлер:
Пиратский бриг добычей полон,
Команда вся и капитан,
Сошли с ума, и что им волны,
Их всех смутил девичий стан!
Хоть эта пленница прекрасна,
Скорей за борт ее друзья!
Она смеется: «Все - напрасно,
Теперь командую здесь я!»

Припев:
Мы все худшие из худших,
В мире хуже нет людей,
Но мы лучшие из лучших,
На просторах всех морей.
Мы все худшие из худших,
Хуже нету на земле,
Но мы лучшие из лучших
На пиратском корабле!

Мы души все давно продали,
За злато, женщин и вино,
Мы лишь продажных целовали,
Все так и дальше быть должно.
Она клянется, что нас любит,
Но я в ее не верю смех,
Нас эта женщина погубит,
Прощай пиратский наш успех!

Она за друга отомстила,
За это честь ей и хвала,
Она на дно нас всех пустила,
За наши черные дела.
И с той поры мы все – скитальцы,
Удел наш – бороздить моря,
На борт «Летучего голландца»
Таких, как мы, берут не зря!...

МЫ - ПИРАТЫ! ОСОБАЯ КАСТА!
Спойлер:
Пираты – кровавое братство!
И нас чужаку не понять.
Мы в нашем Ковчеге Пиратском
Решили Спасенье искать.
Мы приняли Кодекс Пиратский,
Отвергнув законы Земли,
От лжи, лицемерия, рабства
Прибежище в море нашли.

Припев:
Мы - пираты! Особая каста!
Знамя черное. В сердце – кураж!
За Любовь, За Удачу, За Счастье
Мы бросаемся на Абордаж!

Кто сдался нам, тех мы прощаем,
Не пробил для них еще час.
Мы в честном бою все решаем,
И все по закону у нас.
С добычи, для бедных, – две трети,
А нам – лишь на ром и табак!
Закон - есть закон, и в ответе
Мы жизнью за каждый свой шаг!

Когда нет попутного ветра,
Мы сходим на берег толпой,
И золото льется в тавернах
Из наших карманов рекой.
Мы – волки морские, и знаем:
За деньги не купишь любовь,
Но женщин и ром покупаем,
И это волнует нам кровь!

НА ТОРТУГЕ
Спойлер:
Давай-ка на Карибы
Махнем! – сказал я другу –
Там острова и рифы,
Поедем на Тортугу!

Припев:
На Тортуге, на Тортуге,
Там фрегаты и пираты,
На Тортуге, на Тортуге,
Все хорошим людям рады.

Креолки Тамбу-Ламбу,
Тела у них упруги,
Мы с ними спляшем самбу
На берегах Тортуги.

Чем по асфальту шляться
Под ветренную вьюгу,
Уж лучше нам податься
К пиратам, на Тортугу.


[Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] автора на стихи.ру
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Mephistopheles (14.05.2011), Najrel (14.05.2011), Natali (11.09.2011)
Старый 26.05.2011, 14:00   #52
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Предлагаю познакомиться с двумя сонетами "Пиратской саги" по асам Авиценна.
Кто такой Авиценн и что такое асы - гугл вам в помощь)))

Сама цепочка асов Авиценна:
Спойлер:
1.
Луна дублоном / глазницы мертвой ночи / жгут звезд пиастры
Ждет бригантина / на рейде Маракайбо / попутный ветер
Дорогу смелым чертят / костры созвездий
Ветрам рисуя розу / походов дальних

2.
Вздыхает шумно / жжет сон,мулатки взглядом / суровый шкипер
На вахте юнга / подмигивает парню / веселый роджер
Что сниться капитану / никто не знает
Что память? Узел в вантах / бутылка в море...

3.
Кто ищет бури / в душе посеяв ветер / тому воздастся
И вспыхнет бездна / мольбе ответив взгляда / зрачками молний
Где сердцу страх неведом / за словом "фатум",
рисует мачты гордой / абрис, свобода

4.
Быть королями / судьбы своей желая / платили вдвое
По каравеллам / чтя королев всех англий / и флаги подданств
Крещеные в тельняшки / морские волки
Кропили в цену фляжки / чужое горе

5.
Сошлись бортами / вонзились в ребра крючья / Сушите весла
Жизнь абордажна / ценою, красной, истин / но не продажна
В приветах ядер, жгучих / в душе картечи,
слышней визгливый голос / предчувствий смерти

6.
Наколки синей / пропитан солью иней / миндально тело
Дойдет до дела / хлебнет тонов багровых / вен голубика
Навеяна в цвет жизни / наверно сага...
Укрыта грубой робой / душа поэта

7.
В грехах на откуп / корсаров грозных имя / уносит время
В карибском море / доску шагами мерил / испанец гордый
Джентльменом слыть фортуны / лихая доля
Сверкнет серьгою в ухе / повяжет кровью

8.
На горизонте / за тучи черной меткой / мятежным штормом
рук испытанье / убрать наивный парус / и в щепки мачта
потоки волн нахлынут / борта рубите!
тела смывает с палуб / с душой пропащей

9.
За тени спорят / Юпитер им судьею / Нептун с Плутоном
Петлею,рея / в погибель дна преддверие / грозится небу
Девятый вал разломит / о рифы,выбор
"Спасите наши души" / никто не крикнет

10.
В таверне дымной / идет игра мужская / гремя костями
К утру все спустят / ножи,иконам веря / продажных девок
Наполни кружку ромом / и чокнись с чертом
На кон ли жизнь поставить / или проспаться?

11.
Кому не светит / звезды дождаться первой / пеньковый галстук
повяжут туго / и с вороном подружит / бескрылый ангел
Повязкой черной глАза / моргнет Фемида
финита, так финита / концами в воду...

12.
Забытый остров / пиратским завещаньем / потомкам - карта
"Дерзайте,юнги / вдохните бриза свежесть / познайте тайну
промок в бочонках порох / мачете в дело
лови за хвост удачу / как в парус ветер!..."

13.
Косой песчаной / К воде цепочка следа / Тень ожиданья
Срезает парус / разлуки острой бритвой / нить горизонта
Прибой стирает память / в приметах встречи
Уносит в дюны ветер / песчинок верность

14.
В поселке диком / рыбачки звонкий голос / ругает сына
Отца повадки / в глазах,оттенка неба / судьбу читая
Смолой баркас слезиться / не лечит время
Ясон, зовут парнишку / О боги,боги...

Магистрал:
В ладонях старца / прибоем вечных истин / родится жемчуг
С глазами неба / внимал пророка слову / в душе ребенок
В раскрытой книге, время / волной страницы
Уносит белый парус / под крики чаек....

СОНЕТ ПЕРВЫЙ
Автор: Ирина Шуленина
Спойлер:
1.
Пришла к пророку юная сиринга,
её возлюбленный был у весла.
Луна дублоном для ночного ринга
глазницы мертвой ночи отвела.

Жгут звезд пиастры на ладони старца,
ждет бригантина главного гребца.
На рейде Маракайбо для испанца
попутный ветер, словно бог и царь.

Дорогу смелым чертят, будто карты,
костры созвездий, но туманен знак.
Ветрам рисуя розу, точку старта

походов дальних, можно угадать.
А, если нет, что ждет певцов азарта?
Она хотела будущее знать.

2.
Она хотела будущее знать,
но бригантина уже вышла в море.
Вздыхает шумно воздух жар саванн.
Жжет сон мулатки взглядом из-за шторы.

Суровый шкипер беспокойно спал.
На вахте юнга наблюдает чаек.
Подмигивает парню сквозь оскал
веселый роджер в рваных лямках маек.

Что снится капитану? - стонет он...
Никто не знает на идущем бриге.
Что память? Узел в вантах, брызги волн,

бутылка в море, брошенная ими?
Жжет сон мулатки взгляд слезами полн.
В ладонях старца раскрывалась книга

3
В ладонях старца раскрывалась книга
Сиринги взгляд расплылся из-за слез.
"Кто ищет бури,"- вскинул жрец ресницы,-
в душе посеяв ветер, ярость слов,-

тому воздастся. Море ждет прибоя,
и вспыхнет бездна, радуется князь."
Мольбе ответив взгляда, взял ладони,
зрачками молний раскрывает вязь.-

Где сердцу страх неведом, жаждут боги,
за словом "фатум" дать нам тормоза.
Рисует мачты гордой тень двурогий:

абрис - свобода и твои глаза
ведут его сквозь горные пороги,"-
прибоем вечных истин предсказал.

4.
Прибоем вечных истин предсказал
залив в межгорной впадине, где Анды:
быть королями океана,- там
судьбы своей желая, ждут пираты.

Платили вдвое больше за форсаж,
по каравеллам празднуя свободу,
чтя королев всех англий под кураж
и флаги подданств, сбрасывая в воду.

Крещеные в тельняшки, шли сквозь смерть,
морские волки не боялись пули,
кропили в цену фляжки из потерь

чужое горе, скрыв слезу скупую.
Песчинкой попадая в створки-сеть,
родится жемчуг, закаленный в бурю.

5.
Родится жемчуг, закаленный в бурю,
в нем, словно в море, тонет всякий глаз.
Сошлись бортами к солнцу и, не щурясь,
вонзились в ребра крючья дружно, враз.

Сушите весла и "сарынь на кичку":
жизнь аббордажна, не противься зря!
Ценою красной, истин свод наличкой.
Но не продажна лунная братва.

В приветах ядер, жгучих и шипастых,
в душе картечи весь сбивают грим-
слышней визгливый голос волчьей касты:

предчувствий смерти полон пилигрим.
А где же символ бушевавшей страсти
с глазами неба, легкий, словно дым?

6.
С глазами неба, лёгкий, словно дым,
готов к прыжкам внезапным, как пантера.
Наколки синей вьет узор из рыб,
пропитан солью иней. Анаэро -

миндально тело, светится впотьмах.
Дойдет до дела - многим будет лихо:
хлебнет тонов багровых на ремнях
вен голубика. В море как-то тихо...

Навеянна в цвет жизни, как весна,
наверно, сага нежностью упругой.
Укрыта грубой робой после сна

душа поэта, полная предчувствий.
Он вспоминал свой вещий сон и как
внимал пророка слову бог Меркурий.

7.
Внимал пророка слову бог Меркурий,
задумался о правилах людских.
В грехах на откуп той помпезной бури
корсаров грозных имя, как пески,

уносит время-ветер, как сомбреро.
В Карибском море нежил корпус бриз.
Доску шагами мерил Анаэро,
испанец гордый, по отцу метис.

Джентльменом слыть фортуны - путь не вечен.
Лихая доля - африканский пыл:
сверкнет серьгою в ухе, нож под печень,-

повяжет кровью, вытекшей из жил.
И плачет по ночам о нем невеста-
в душе ребенок, выросший из крыл.

8.
В душе ребенок, выросший из крыл,
стояла с ним, как наяву, Сиринга.
На горизонте смерч спираль открыл
за тучи черной меткой, как картинка.

Мятежным штормом каравеллу жмёт.
Рук испытанье выдержит ли юнга?
Убрать наивный парус, тяжкий гнёт,
и в щепки мачта разлетелась с юта.

Потоки волн нахлынут, не спастись,
борта рубите! Вертикальны снасти,
тела смывает с палуб, словно слизь

с душой пропащей. Парус - оригами.
Где Анаэро? - вихрь воронки вниз...
В раскрытой книге время шло сквозь камни.

9.
В раскрытой книге время шло сквозь камни,
Меркурий тихо над водой скользит.
За тени спорят рыбы сквозь кораллы.
Юпитер им судьёю с туч грозит.

Нептун с Плутоном собирают волны
петлёю, рея падает за борт.
В погибель дна преддверье, снизу вопли:
грозится небу корабельный кок.

Девятый вал разломит корпус в щепку.
О, рифы, выбор - между скал, как миф!
"Спасите наши души!", небо в клетку...

Никто не крикнет, крутит в волнах бриг.
На Анаэро тень спустилась сверху:
волной страницы слиплись, как от брызг.

10.
Волной страницы слиплись, как от брызг.
Закрылись веки в вихре Анаэро.
В таверне дымной роджер пьяный вдрызг.
Идет игра мужская меж тарелок.

Гремя костями, разухабист смех.
К утру все спустят, даже свое время.
Ножи, иконам веря, прячут вверх.
Продажных девок тяжелеет бремя.

Наполни кружку ромом, бой Эндрю,
и чокнись с чертом, мы тебе ведь братья.
На кон ли жизнь поставить, иль игру,

или проспаться - в этом наше счастье!
Сиринга бредит бледная в углу.
Уносит белый ветер предсказаний.

11.
Уносит белый ветер предсказаний
сержанта баснословный уик-энд.
Кому не светит ворожбой цыганской
звезды дождаться первой, верно, сэр?

Пеньковый галстук, рассуждал он с верой,
повяжут туго горло беглеца
и с вороном подружит Анаэро.
Бескрылый ангел не найдет лица.

Повязкой черной глАза метит пьянка.
Моргнет Фемида кэпу, брезжит мысль:
финита, так финита, но за склянкой

концами в воду исчезает мыс.
А где тюрьма, шериф и страстная цыганка?
Под крики чаек ветер, словно рысь...

12.
Под крики чаек ветер, словно рысь,
всю спину исцарапал Анаэро.
Забытый остров, полукругом мыс,
пиратским завещаньем мятым, древним

потомкам карта выплыла со дна:
"Дерзайте, юнги, здесь зарыты клады!"
Вздохните бриза свежесть, господа,
познайте тайну золота, награды!

Промок в бочонках порох, каждый грамм.
Мачете в дело: точка в синей дали-
лови за хвост удачу! Катер к нам!

Как в парус ветер! Полицейский катер
взволнованный сержант и тьма цыган,
легко поправив крылышки сандалий.

13.
Легко поправив крылышки сандалий,
слетает весь цыганский табор вниз.
Косой песчаной спрятались пираты.
К воде цепочка следа - навались!

Тень ожиданья превзошла все планы.
Срезает парус воздух - кончен штиль.
Разлуки острой бритвой рвут канаты,
нить горизонта тянет в воду киль.

Прибой стирает память у сержанта.
В приметах встречи видит он сюрприз.
Уносит в дюны ветер все команды.

Песчинок верность, как цыганский визг.
По рации сержант готовит рапорт,-
уносит эту весть Меркурий ввысь.

14.
Уносит эту весть Меркурий ввысь.
Семнадцать лет прошло с тех пор, как сутки.
В поселке диком невозможно скрыть
рыбачки звонкий голос, смех и шутки.

Ругает сына: фантазер, как дед,
отца повадки в мощной, рысьей хватке,
в глазах оттенка неба, весь, как медь,
судьбу читая, словно птиц повадки.

Смолой баркас слезится, прочны нервы.
Не лечит время: море, как вериги.
Ясон зовут парнишку. Анаэро-

О, боги, боги! Золотой, как нива!
Идут искать руно. Кто станет первым?-
Пришла к пророку юная Сиринга.

Магистрал:
Пришла к пророку юная Сиринга,
она хотела будущее знать.
В ладонях старца раскрывалась книга.
Прибоем вечных истин предсказал:

"Родится жемчуг, закаленный в бурю,
с глазами неба, легкий, словно дым."
Внимал пророка слову бог-Меркурий,
в душе ребенок, выросший из крыл.

В раскрытой книге время шло сквозь камни,
волной страницы слиплись, как от брызг.
Уносит белый парус предсказаний

под крики чаек ветер, словно рысь.
Легко поправив крылышки сандалий,
уносит эту весть Меркурий ввысь...

СОНЕТ ВТОРОЙ
Автор: Юлия Акатова
Спойлер:
1.
"Через час,те из вас,кто останется в живых,
будут завидывать МЕРТВЫМ"(с) "Джон Сильвер"


Пусть этот мир неверьем ослеплёный -
Тому, кто видел смерть, и всё же - жив,
Луна дублоном светит обновлённым
Глазницы мертвой ночи оживив.

Жгут звезд пиастры в отражённом свете
Ждет бригантина в волнах голубых
На рейде Маракайбо на рассвете
Попутный ветер - в парус молодых

Дорогу смелым чертят с риском гребней
Костры созвездий - метки на пути
Ветрам рисуя розу в красках древних
Походов дальних с бурей позади.

Остатки снов на нитки разорвал
Кто выжил в шторм и многое познал

2.
Кто выжил в шторм и многое познал,
Собрать сумеет в кулаке все силы,-
Вздыхает шумно ночью под финал
Жжёт сон мулатки взглядом похотливым.

Суровый шкипер отдыхает бурно..
На вахте юнга - постараться рад,
Подмигивает парню нецензурно
Веселый роджер -чёрт ему не брат!

Что сниться капитану - с судном встреча?
Никто не знает,есть ли в трюмах груз...
Что память? Узел в вантах? Он не вечен...
Бутылка в море...безнадёжных чувств.

Но с верою в удачу парус - обновлённый,
В ладонях старца штилем окрылённый.

3.
В ладонях старца штилем окрылённый
Не ведая кончины в сонме бед
Кто ищет бури, её упоённый
В душе посеяв ветер для побед

Тому воздастся, может быть, сторицей;
И вспыхнет бездна в чёрной глубине
Мольбе ответив взгляда синей птицы
Зрачками молний-призраков извне.

Где сердцу страх неведом от незнанья
За словом "фатум",- видится успех
Рисует мачты гордой очертанья
Абрис, свобода - только не для всех!

В борьбе такой - всегда велик накал
Прибоем вечных истин - предсказав.....

4.
Прибоем вечных истин - предсказав:
С петлёй своей никто не сводит счёты,
Быть королями можно и без прав,
Судьбы своей желая только взлёты.

Платили вдвое, щедро - не своё,
По каравеллам прогулявшись лихо,
Чтя королев всех англий, как тряпьё
И флаги подданств - снова выход...

Крещеные в тельняшки неслучайно
Морские волки рыщут по волнам
Вкропили в цену фляжки беспечально
Чужое горе - это вклад в их храм.

От встречи с ними часа рокового
Родится жемчуг в тайнах дна морского

5.
Родится жемчуг в тайнах дна морского
Кто ищет-тот найдёт, тогда держись!
Сошлись бортами жёстко и сурово
Вонзились в ребра крючья - навались....

Сушите весла, курс держать на берег
Жизнь аббордажна, может, до предела-
Ценою, красной, истин - кто проверит?
Но не продажна, коль дойдёт до дела

В приветах ядер, жгучих - пламя метких
В душе картечи есть тропа в могилу
Слышней визгливый голос на приметах
Предчувствий смерти - Господи, помилуй!

Что размышлять, когда навис в боях
С глазами неба - золотой маяк

6.
С глазами неба - золотой маяк
На шквальных волнах станет старше
Наколки синей с парусом синяк
Пропитан солью, иней на тельняшке,

миндально тело, а внутри - бесслёзно
Дойдет до дела - кто-кого, - и сгинет
Хлебнет тонов багровых - рано ль поздно -
Вен голубика под водой застынет...

Навеяна в цвет жизни напряжённой
наверно сага...но искрясь в цветах,
Укрыта грубой робой, чуть прожжённой,
Душа поэта в белых облаках...

И нужно для него совсем немного -
Внимал пророка слову в звуке строгом.

7.
Внимал пророка слову в звуке строгом
Колени не склонивший под финал-
В грехах на откуп сразу за порогом
Корсаров грозных имя вспоминал.

Уносит время ослеплённых хватов.
В карибском море, вдоволь погуляв,
Доску шагами мерил по утратам
Испанец гордый - с грустью признавал:

Джентльменом слыть фортуны - значит знать:
Лихая доля рядом где-то ходит;
Сверкнет серьгою в ухе этот тать -
Повяжет кровью, ненароком вроде...

Когда же понял, жизнь его - пустяк -
В душе ребенок, опытный моряк?

8.
В душе ребенок, опытный моряк.
Без веры жил, без совести и чести
На горизонте пролетел не зря
За тучи - черной меткой - буревестник.

Мятежным штормом небо закрутилось,
Рук испытанье - несколько минут!
Убрать наивный парус, волны с силой! -
И в щепки мачта - боги не спасут...

Потоки волн нахлынут и накроют..
Борта рубите! Шлюпки наготове....
Тела смывает с палуб - всех "героев"
С душой пропащей вмиг... на полуслове.

Какими были? А теперь никто не знает.
В раскрытой книге время проплывает...

9.
В раскрытой книге время проплывает,
Пиратов судьбы с масками на лицах
За тени спорят. Рук не покладает
Юпитер им судьею в каждом блице.

Нептун с Плутоном вместе - сила злая
Петлею рея, в смерче просвистит
В погибель дна преддверье открывая,
Грозится небу свет весь извести.

Девятый вал разломит чью-то лодку
О рифы - выбор без кривых путей.
"Спасите наши души"- во всю глотку-
Никто не крикнет в пене из страстей.

Уходят молча к Стиксу на причал
Волной страницы солнечных начал...

10.
Волной страницы солнечных начал
Несёт "ловцов удачи" безнадёжно,
В таверне дымной ночью при свечах
Идет игра мужская напряжённо.

Гремя костями, наперегонки,
К утру все спустят, в ход пойдут спонтанно
Ножи, иконам веря под смешки
Продажных девок, грубых, но желанных.

Наполни кружку ромом, здесь, сейчас!
И чокнись с чертом, снова выпей с "братом"!
На кон ли жизнь поставить сгоряча,
Или проспаться - без затей... бесплатно...

И пусть во сне под звёздным покрывалом
Уносит белый парус, как бывало.

11.
Уносит белый парус, как бывало,
Бесследным дымом с искрами беды,
Кому не светит даже в самом малом
Звезды дождаться первой от судьбы.

Пеньковый галстук, строгие законы
Повяжут туго и припрут к стене,
И с вороном подружит без препонов
Бескрылый ангел на чужой земле.

Повязкой,черной, глАза на мгновенье
Моргнет фемида, но отбросит жалость.
Финита так финита - без мученья,
Концами в воду... что кому досталось...

И в одиночку смерть идёт встречать
Под крики чаек....на седой причал

12.
Под крики чаек на седой причал
Слетается глаз много ненасытных...
Забытый остров часто привечал
Пиратским завещаньем любопытных.

Потомкам - карта, крестики, значки:
"Дерзайте, юнги, что найдёте - ваше!
Вдохните бриза свежесть и почти
Познайте тайну дней уже вчерашних.

Промок в бочонках порох -не беда!
Мачете в дело и вперёд! Как прежде
Лови за хвост удачу без стыда,
Как в парус ветер призрака надежды.

Есть тот средь вас, кто видя пастораль
Зажмёт на якоре в душе спираль?"

13.
Зажмёт на якоре в душе спираль
Корсар беспечный, хоть и точно знает, -
Косой песчаной путь кривой избрав,
К воде цепочка следа убегает.

Тень ожиданья мчится по волнам,
Срезает парус тихо, незаметно
Разлуки острой бритвой пополам,
Нить горизонта размывает светом.

Прибой стирает память непрерывно,
В приметах встречи - никому нет места.
Уносит в дюны ветер без надрыва
Песчинок верность вихрями протеста.

Их в суете мирской заметит он едва ль -
Услышит новый зов - помчится вдаль.

14.
Услышит новый зов - помчится вдаль
Какая сила удержать способна?
В поселке диком кружится печаль
Рыбачки звонкий голос, беспокойный...

Ругает сына, умоляет, плачет:
"Отца повадки, вот вселился бес... "
В глазах,оттенка неба, пляшет мачо,
Судьбу читая в волнах до небес.

Смолой баркас слезится и сверкает,
Не лечит время жажды роковой...
Ясон зовут парнишку, кто не знает?
-"О боги,боги...что ж вы не со мной..."

С её молитвой ветер - покорённый,
Пусть этот мир неверьем ослеплённый.

15.
Пусть этот мир неверьем ослепленный -
Кто выжил в шторм и многое познал
В ладонях старца штилем окрылённый-
Прибоем вечных истин - предсказав:

"Родится жемчуг в тайнах дна морского
С глазами неба - золотой маяк"
Внимал пророка слову в звуке строгом,
В душе ребенок, опытный моряк.

В раскрытой книге время проплывает
Волной страницы солнечных начал...
Уносит белый парус, как бывало,
Под крики чаек на седой причал.

Зажмёт на якоре в душе спираль-
Услышит новый зов - помчится вдаль.


Найдено на [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]
Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), Flibustier (26.05.2011), Natali (11.09.2011)
Старый 23.06.2011, 10:26   #53
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Русские поэты о море

Лермонтов Михаил Юрьевич

Лермонтов Михаил Юрьевич - (3 (15) октября 1814, Москва - 15 (27) июля 1841, Пятигорск) - русский поэт, прозаик, драматург, художник, офицер.


"Корсар"
поэма

Год написания: 1828
Год опубликования: 1859
Впервые опубликовано: в отрывках в 1859 г. в "Отечественных записках" (т. 125, No 7, стр. 11-14), полностью - в 1891 г. в собрании сочинений под редакцией Висковатова (т. 3, стр. 152-163) и тогда же в собрании сочинений под редакцией Введенского (т. 2, стр. 329-336).


Спойлер:
Дополнительная информация:
Поэма помещена в одной тетради с "Кавказским пленником". Она создавалась под воздействием "Братьев разбойников" А.С. Пушкина. Название поэмы восходит к одноименному произведению Байрона. Ряд стихов для "Корсара" взят Лермонтовым из "Кавказского пленника" и "Бахчисарайского фонтана" Пушкина, "Андрея, князя Переяславского" А.А. Бестужева (Марлинского), "Княгини Натальи Борисовны Долгоруковой" И. И. Козлова, "Абидосской невесты" Байрона в переводе И.И. Козлова и др.
В описании бури - семь строк из оды Ломоносова "На день восшествия на престол императрицы Елисаветы Петровны" (1746).
Эпиграф - из романа Жана Лагарпа (1739-1803) "Hero et Leandre" ("Геро и Леандр"), французский текст изменен применительно к содержанию поэмы.

Примечание по тексту:
- "Геллеспонт седой, широкий" - Геллеспонт - древнегреческое название Дарданелльского пролива. В данном случае Лермонтов употребил это географическое название неточно, имея в виду прилегающую к проливу северную часть Эгейского моря.
- "Афос задумчивый стоит" - Афос - греческая форма названия горы Афон. Эта же форма встречается во всех западноевропейских языках (Athos).
- "И башни гордые Лемоса" - Лемос (правильно: Лемнос) - остров в северной части Эгейского моря. С Афона виден город Кастрон (крепость) на западном берегу Лемноса.
- "Там Цареградский путь идет" - Царьград - древнерусское название Константинополя, столицы бывшей Византийской империи (ныне г. Стамбул в Турции).



КОРСАР


Долго ему благоприятствовало счастье
В этом столь опасном ремесле.
Увы! он становится слишком дерзок,
Потому что был слишком счастлив.
Лагарп (фр.)


---------------------------------

ЧАСТЬ 1

Друзья, взгляните на меня!
Я бледен, худ, потухла радость
В очах моих, как блеск огня.
Моя давно увяла младость,
Давно, давно нет ясных дней,
Давно нет цели упованья!..
Исчезло всё!.. Одни страданья
Еще горят в душе моей.

Я не видал своих родимых —
Чужой семьей воскормлен я;
Один лишь брат был у меня,
Предмет всех радостей любимых.
Его я старе годом был,
Но он равно меня любил,
Равно мы слезы проливали,
Когда всё спит во тьме ночной,
Равно мы горе поверяли
Друг другу жаркою душой!..

Нам очарованное счастье
Мелькало редко иногда!..
Увы! — не зрели мы ненастья,
Нам угрожавшего тогда.

Мой умер брат! Перед очами
Еще теперь тот страшный час,
Когда в ногах его с слезами
Сидел! Ах! я не зрел ни раз
Столь милой смерти хладной муки:
Сложив крестообразно руки,
Несчастный тихо угасал
И бледны впалые ланиты
И смертный взор, тоской убитый,
В подушке бедный сокрывал.
«Он умер!» — страшным восклицаньем
Сражен я вдруг был с содроганьем,
Но сожаленье, не любовь
Согрели жизнь мою и кровь...

С тех пор с обманутой душою
Ко всем я недоверчив стал.
Ах! не под кровлею родною
Я был тогда — и увядал.
Не мог с улыбкою смиренья
С тех пор я всё переносить:
Насмешки, гордости презренья...
Я мог лишь пламенней любить.
Самим собою недоволен,
Желая быть спокоен, волен,
Я часто по лесам бродил
И только там душою жил,
Глядел в раздумий глубоком,
Когда на дереве высоком
Певец незримый напевал
Веселье, радость и свободу,
Как нежно вдруг ослабевал,
Как он, треща, свистал, щелкал,
Как по лазоревому своду
На легких крылиях порхал,
И непонятное волненье
В душе я сильно ощущал.
Всегда любя уединенье,
Возненавидя шумный свет,

Узнав неверной жизни цену,
В сердцах людей нашед измену,
Утратив жизни лучший цвет,
Ожесточился я — угрюмой
Душа моя смутилась думой;
Не могши более страдать,
Я вдруг решился убежать.

Настала ночь... Я встал печально
С постели, грустью омрачен.
Во всем дому глубокий сон.
Хотелось мне хоть взор прощальный
На место бросить то, где я
Так долго жил в тиши безвестной,
Где жизни тень всегда прелестной
Беспечно встретила меня.
Я взял кинжал; два пистолета
На мне за кожаным ремнем
Звенели. Я страшился света
Луны в безмолвии ночном...

Но вихорь сердца молодого
Меня влачил к седым скалам,
Где между берега крутого
Дунай кипел, ревел; и там,
Склонясь на камень головою,
Сидел я, озарен луною...
Ах! как она, томна, бледна,
Лила лучи свои златые
С небес на рощи бреговые.
Везде знакомые места,
Всё мне напоминало младость,
Всё говорило мне, что радость
Навеки здесь погребена.
Хотел проститься с той могилой,
Где прах лежал столь сердцу милый.
Перебежавши через ров,
Пошел я тихо по кладбищу,
Душе моей давало пищу
Спокойствие немых гробов.
И долго, долго я в молчанье
Стоял над камнем гробовым...
Казалось, веяло в страданье
Каким-то холодом сырым.

Потом... неверными шагами
Я удалился — но за мной,
Казалось, тень везде бежала...
Я ночь провел в глуши лесной;
Заря багряно освещала
Верхи холмов; ночная тень
Уже редела надо мною.
С отягощенною главою
Я там сидел, склонясь на пень...
Но встал, пошел к брегам Дуная,
Который издали ревел,
Я в Грецию идти хотел,
Чтоб турок сабля роковая
Пресекла горестный удел.
(В душе сменялося мечтанье) —
Ярчее дневное сиянье,
И вот Дунай уж предо мной
Синел с обычной красотой.
Как он, прекрасный, величавый,
Играл в прибережных скалах.
Воспоминанье о делах
Живет здесь, и протекшей славой
Река гордится. Сев на брег,
Я измерял Дуная бег.
Потом бросаюсь в быстры волны,
Они клубятся под рукой
(Я спорил с быстрою рекой),
Но скоро на берег безмолвный
Я вышел. Всё в душе моей
Мутилось пеною Дуная;
И бросив взор к стране своей:
«Прости, отчизна золотая! —
Сказал. — Быть может, в этот раз
С тобой навеки мне проститься,
Но этот миг, но этот час
Надолго в сердце сохранится!..»
Потом я быстро удалился...

Зачем вам сказывать, друзья,
Что было как потом со мною;
Скажу вам только то, что я
Везде с обманутой душою
Бродил один как сирота,
Не смея ввериться, как прежде,

Всё изменяющей надежде.
Мир был чужой мне, жизнь пуста —
Уж я был в Греции прекрасной,
А для души моей несчастной
Ее лишь вид отравой был.
День приходил — день уходил...
Уже с Балканския вершины
Открылись Греции долины,
Уж море синее, блестя
Под солнцем пламенным Востока,
Как шум нагорного потока,
Обрадовало вдруг меня...
Но как спастися нам от рока!
Я здесь нашел, здесь погубил
Почти всё то, что я любил.

ЧАСТЬ 2

Где Геллеспонт седой, широкий,
Плеская волнами, шумит,
Покрытый лесом, одинокий,
Афос задумчивый стоит.
Венчанный грозными скалами,
Как неприступными стенами
Он окружен. Ни быстрых волн,
Ни свиста ветров не боится.
Беда тому, чей бренный челн
Порывом их к нему домчится.
Его высокое чело
Травой и мохом заросло.
Между стремнин, между кустами,
Изрезан узкими тропами,
С востока ряд зубчатых гор
К подошве тянутся Афоса,
И башни гордые Лемоса
Встречает удивленный взор...
Порою корабли водами
На быстрых белых парусах
Летали между островами
Как бы на лебедя крылах.
Воспоминанье здесь одною
Прошедшей истиной живет.
Там Цареградский путь идет
Чрез поле черной полосою.

(Я шел, не чувствуя себя;
Я был в стремительном волненье,
Увидев, Греция, тебя!)...
Кустарник дикий в отдаленье
Терялся меж угрюмых скал,
Меж скал, где в счастья упоенье
Фракиец храбрый пировал;
Теперь всё пусто. Вспоминанье
Почти изгладил ток времен,
И этот край обременен
Под игом варваров. Страданье
Осталось только в той стране,
Где прежде греки воспевали
Их храбрость, вольность, но оне
Той страшной участи не знали,
И дышит всё здесь стариной,
Минувшей славой и войной.

Когда ж народ ожесточенный
Хватался вдруг за меч военный —
В пещере темной у скалы,
Как будто горние орлы,
Бывало, греки в ночь глухую
Сбирали шайку удалую,
Чтобы на турок нападать,
Пленить, рубить, в морях летать —
И часто барка в тьме у брега
Была готова для побега
От неприятельских полков;
Не страшен был им плеск валов.
И, в той пещере отдыхая,
Как часто ночью я сидел,
Воспоминая и мечтая,
Кляня жестокий свой удел,
И что-то новое пылало
В душе неопытной моей,
И сердце новое мечтало
О легком вихре прежних дней.
Желал я быть в боях жестоких,
Желал я плыть в морях широких
(Любить кого, не находил).
Друзья мои, я молод был!
Зачем губить нам нашу младость,
Зачем стареть душой своей,

Прости навек тогда уж радость,
Когда исчезла с юных дней.

Нашед корсаров, с ними в море
Хотел я плыть. «Ах, — думал я, —
Война, могила, но не горе,
Быть может, встретят там меня».
Простясь с печальными брегами,
Я с маврским опытным пловцом
Стремил мой ‹бег› меж островами,
Цветущими над влажным дном
Святого старца океана;
Я видел их — но жребий мой
Где свел нас с буйною толпой,
Там власть дана мне атамана,
И так уж было решено,
Что жизнь и смерть — всё за одно!!!

Как весело водам предаться,
Друзья мои, в морях летать,
Но должен, должен я признаться,
Что я готов теперь бы дать
Всё, что имею, за те годы,
Которые уж я убил
И невозвратно погубил.
Прекрасней были бы мне воды,
Поля, леса, луга, холмы
И все, все прелести природы...
Но! — так себе неверны мы!! —
Живем, томимся и желаем,
А получивши — забываем
О том. Уже предмет другой
Играет в нашем вображенье
И — в беспрерывном так томленье
Мы тратим жизнь, о боже мой!

Мы часто на берег сходили
И часто по степям бродили,
Где конь арабский вороной
Играл скачками подо мной,
Летая в даль степи широкой,
Уже терялся брег далекой,
И я с веселою толпой
Как в море был в степи сухой.

Или в лесу в ночи глубокой,
Когда всё спит, то мы одне,
При полной в облаках луне,
В пещере темной, припевая,
Сидим, и чаша между нас
Идет с весельем круговая;
За нею вслед за часом час,
И светит пламень, чуть блистая,
Треща, синея и мелькая...

Потом мы часто в корабли
Опять садились, в быстры волны
С отважной дерзостью текли,
Какой-то гордостию полны.
Мы правы были: дом царей
Не так велик, как зыбь морей.

Я часто, храбрый, кровожадный,
Носился в бурях боевых,
Но в сердце юном чувств иных
Таился пламень безотрадный.
Чего-то страшного я ждал,
Грустил, томился и желал.
Я слушал песни удалые
Веселой шайки средь морей,
Тогда, воспомнив золотые
Те годы юности моей,
Я слезы лил. Не зная бога,
Мне жизни дальная дорога
Была скользка; я был, друзья,
Несчастный прах из бытия.
Как бы сражаяся с судьбою,
Мятежной ярости полна,
Душа, терзанью предана,
Живет утратою самою.
Узнав лишь тень утраты сей,
Я ждал ее еще мятежней,
Еще печальней, безнадежней,
Как лишь начало страшных дней,
Опять пред мной всё исчезало,
Как свет пред тению ночной,
И сердце тяжко изнывало,
Исчез и кроткий мой покой,

Исчезло милое волненье
И благородное стремленье
И чувств и мыслей молодых,
Высоких, нежных, удалых.

ЧАСТЬ 3

Однажды в ночь сошлися тучи,
Катился гром издалека
И гнал, стоная, вихрь летучий
Порывом бурным облака.
Надулись волны, море плещет,
И молния во мраке блещет.
Но наших храбрых удальцов
Ничто б тогда не испугало,
И море синее стонало
От резких корабля следов.
Шипящей пеною белеет
Корабль. Вдруг рвется к небесам
Волна, качается, чернеет
И возвращается волнам.
Нам в оном ужасе казалось,
Что море в ярости своей
С пределами небес сражалось,
Земля стонала от зыбей,
Что вихри в вихри ударялись,
И тучи с тучами слетались,
И устремлялся гром на гром,
И море билось с влажным дном,
И черна бездна загоралась
Открытой бездною громов,
И наше судно воздымалось
То вдруг до тяжких облаков,
То вдруг, треща, вниз опускалось.
Но храбрость я не потерял.
На палубе с моей толпою
Я часто гибель возвещал
Одною пушкой вестовою.
Мы скоро справились! Кругом
Лишь дождь шумел, ревел лишь гром.
Вдруг слышен выстрел отдаленный,
Блеснул фонарь как бы зажженный
На мачте в мрачной глубине...

И скрылся он в туманной мгле,
И небо страшно разразилось
И блеском молний озарилось,
И мы узрели: быстро к нам
Неслося греческое судно.
Всё различить мне было трудно.
Предавшися глухим волнам,
Они на помощь призывали,
Но ветры вопли заглушали.
«Скорей ладью, спасите их!» —
Раздался голос в этот миг.
О камень судно ударяет,
Трещит и с шумом утопает.

Но мы иных еще спасли,
К себе в корабль перенесли.
Они без чувств, водой покрыты,
Лежали все как бы убиты;
И ветер буйный утихал,
И гром почаще умолкал,
Лишь изредка волна вздымалась,
Как бы гора, и опускалась.

***********
***********

Всё смолкло! Вдруг корабль волной
Был брошен к мели бреговой.

Хотел я видеть мной спасенных,
И к ним поутру я взошел.
Тогда на тучах озлащенных
Вскатилось солнце. Я узрел,
Увы, гречанку молодую.
Она почти без чувств, бледна,
Склонившись на руку главою,
Сидела, и с тех пор она
Доныне в памяти глубоко...
Она из стороны далекой
Была сюда привезена.
Свою весну, златые лета
Воспоминала. Томный взор
Чернее тьмы, ярчее света
Глядел, казалось, с давних пор
На небо. Там звезда, блистая,

Давала ей о чем-то весть
(О том, друзья, что в сердце есть).
Звезду затмила туча злая,
Звезда померкла, и она
С тех пор печальна и грустна.
С тех пор, друзья, и я стенаю,
Моя тем участь решена,
С тех пор покоя я не знаю,
Но с тех же пор я омертвел,
Для нежных чувств окаменел.

1828


ПАРУС
Спойлер:
Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?..

Играют волны - ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит...
Увы! он счастия не ищет,
И не от счастия бежит!

Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!


ПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ Я, ЗЛОЕ МОРЕ...
Спойлер:
Приветствую тебя я, злое море,
Широкое, глубокое для дум!
Стою и слушаю: всё тот же шум
И вой валов в твоем просторе,
Всё та же грусть в их грустном разговоре.
Не изменилося ни в чем ты, злое море,
Но изменился я, но я уж не такой!
С тех пор, как в первый раз твои буруны-горы
Увидел я, — припомнил север свой.
Припомнил я другое злое море
И край другой, и край другой!..


ВОЗДУШНЫЙ КОРАБЛЬ
Спойлер:
(Из Цедлица)

По синим волнам океана,
Лишь звезды блеснут в небесах,
Корабль одинокий несется,
Несется на всех парусах.

Не гнутся высокие мачты,
На них флюгера не шумят,
И молча в открытые люки
Чугунные пушки глядят.

Не слышно на нем капитана,
Не видно матросов на нем;
Но скалы, и тайные мели,
И бури ему нипочем.

Есть остров на том океане -
Пустынный и мрачный гранит;
На острове том есть могила,
А в ней император зарыт.

Зарыт он без почестей бранных
Врагами в сыпучий песок,
Лежит на нем камень тяжелый,
Чтоб встать он из гроба не мог.

И в час его грустной кончины,
В полночь, как свершается год,
К высокому берегу тихо
Воздушный корабль пристает.

Из гроба тогда император,
Очнувшись, является вдруг;
На нем треугольная шляпа
И серый походный сюртук.

Скрестивши могучие руки,
Главу опустивши на грудь,
Идет и к рулю он садится
И быстро пускается в путь.

Несется он к Франции милой,
Где славу оставил и трон,
Оставил наследника-сына
И старую гвардию он.

И только что землю родную
Завидит во мраке ночном,
Опять его сердце трепещет
И очи пылают огнем.

На берег большими шагами
Он смело и прямо идет,
Соратников громко он кличет
И маршалов грозно зовет.

Но спят усачи-гренадеры -
В равнине, где Эльба шумит,
Под снегом холодным России,
Под знойным песком пирамид.

И маршалы зова не слышат:
Иные погибли в бою,
Другие ему изменили
И продали шпагу свою.

И, топнув о землю ногою,
Сердито он взад и вперед
По тихому берегу ходит,
И снова он громко зовет:

Зовет он любезного сына,
Опору в превратной судьбе;
Ему обещает полмира,
А Францию только себе.

Но в цвете надежды и силы
Угас его царственный сын,
И долго, его поджидая,
Стоит император один -

Стоит он и тяжко вздыхает,
Пока озарится восток,
И капают горькие слезы
Из глаз на холодный песок,

Потом на корабль свой волшебный,
Главу опустивши на грудь,
Идет и, махнувши рукою,
В обратный пускается путь.


ДАРЫ ТЕРЕКА
Спойлер:
Терек воет, дик и злобен,
Меж утесистых громад,
Буре плач его подобен,
Слезы брызгами летят.
Но, по степи разбегаясь,
Он лукавый принял вид
И, приветливо ласкаясь,
Морю Каспию журчит:

"Расступись, о старец море,
Дай приют моей волне!
Погулял я на просторе,
Отдохнуть пора бы мне.
Я родился у Казбека,
Вскормлен грудью облаков,
С чуждой властью человека
Вечно спорить я готов.
Я, сынам твоим в забаву,
Разорил родной Дарьял
И валунов им, на славу,
Стадо целое пригнал".

Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий стихнул, будто спит,
И опять, ласкаясь, Терек
Старцу на ухо журчит:

"Я привез тебе гостинец!
То гостинец не простой:
С поля битвы кабардинец,
Кабардинец удалой.
Он в кольчуге драгоценной,
В налокотниках стальных:
Из Корана стих священный
Писан золотом на них.
Он упрямо сдвинул брови,
И усов его края
Обагрила знойной крови
Благородная струя;
Взор открытый, безответный,
Полон старою враждой;
По затылку чуб заветный
Вьется черною космой".

Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий дремлет и молчит;
И, волнуясь, буйный Терек
Старцу снова говорит:

"Слушай, дядя: дар бесценный!
Что другие все дары?
Но его от всей вселенной
Я таил до сей поры.
Я примчу к тебе с волнами
Труп казачки молодой,
С темно-бледными плечами,
С светло-русою косой.
Грустен лик ее туманный,
Взор так тихо, сладко спит,
А на грудь из малой раны
Струйка алая бежит.
По красотке молодице
Не тоскует над рекой
Лишь один во всей станице
Казачина гребенской.
Оседлал он вороного,
И в горах, в ночном бою,
На кинжал чеченца злого
Сложит голову свою".

Замолчал поток сердитый,
И над ним, как снег бела,
Голова с косой размытой,
Колыхаяся, всплыла.

И старик во блеске власти
Встал, могучий, как гроза,
И оделись влагой страсти
Темно-синие глаза.

Он взыграл, веселья полный,-
И в объятия свои
Набегающие волны
Принял с ропотом любви.
1839



.

Последний раз редактировалось makarena; 18.02.2012 в 20:07.
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (03.09.2011), Flibustier (23.06.2011), Natali (11.09.2011), Сеньор Кортес (23.06.2011)
Старый 23.09.2011, 23:44   #54
m_holodkowski
Юнга
 
Регистрация: 23.09.2011
Сообщений: 14
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры Корабли
Репутация: 1
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Цитата:
Сообщение от makarena Посмотреть сообщение
Из рассказа "Корабли в Лиссе":
Не ворчи, океан, не пугай.
Нас земля испугала давно.
В теплый край -
Южный рай -
Приплывем все равно.

Хлопнем, тетка, по стакану!
Душу сдвинув набекрень,
Джон Манишка, без обмана,
Пьет за всех, кому пить лень!
Интересно, а существует ли запись этой песни? Мои родители ее пели, я хорошо помню мотив...
m_holodkowski вне форума Ответить с цитированием
Старый 25.09.2011, 20:49   #55
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Цитата:
Сообщение от m_holodkowski Посмотреть сообщение
Интересно, а существует ли запись этой песни?
Гугл в помощь
Больше известна, как "Песня Джони Манишки" -> [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] в исполнении Потани.
И ещё бардовский вариант в исполнении Александра Петрова -> [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]
Ответить с цитированием
Старый 20.01.2012, 19:07   #56
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

"Поэма о Старом Моряке"

Сэмюэль Тэйлор Кольридж
Поэма, 1797-1798


"The Rime of the Ancient Mariner"
Перевод Николая Гумилева (1919г.)


Спойлер:
Часть первая



Старый Моряк встречает трех юношей, званых на свадебный пир, и
удерживает одного.


Старик Моряк, он одного
Из трех сдержал рукой.
"Что хочешь ты, с огнем в глазах,
С седою бородой?


Открыты двери жениха,
И родственник мне он;
Уж есть народ, уж пир идет,
Веселый слышен звон".


Но держит все его старик:
"Постой, корабль там был ..."
"Пусти седобородый лжец".
Старик его пустил.


Свадебный Гость зачарован глазами старого мореплавателя и принужден
выслушать его рассказ.


Вперил в него горящий взор.
Гость - дальше ни на шаг,
Ему внимает, как дитя,
Им овладел Моряк.


Присел на камень Брачный Гость
И головой поник;
И начал с пламенем в глазах
Рассказывать старик.


"Корабль плывет, толпа кричит,
Оставить рады мы
И церковь, и родимый дом,
Зеленые холмы.


Моряк рассказывает, как корабль плыл к югу при хорошем ветре и тихой
погоде, пока не приблизился к Экватору.


Вот солнце слева из волны
Восходит в вышину,
Горит и с правой стороны
Спускается в волну.


Все выше, выше с каждым днем
Над мачтою плывет ..."
Тут Гость себя ударил в грудь,
Он услыхал фагот.

Свадебный Гость слышит музыку; но Моряк продолжает свой рассказ.


Уже вошла невеста в зал,
И роз она милей,
И головы веселый хор
Склоняет перед ней.

И Гость себя ударил в грудь,
Но дальше ни на шаг.
И так же, с пламенем в глазах,
Рассказывал Моряк.


Корабль унесен штормом к Южному полюсу


Но вот настиг нас шторм, он был
Властителен и зол,
Он ветры встречные крутил
И к югу нас повел.


Без мачты, под водою нос,
Как бы спасаясь от угроз
За ним спешащего врага,
Подпрыгивая вдруг,
Корабль летел, а гром гремел,
И плыли мы на юг.
И встретил нас туман и снег
И злые холода,
Как изумруд, на нас плывут
Кругом громады льда.


Страна льда и пугающего гула, где не видно ничего живого.


Меж снежных трещин иногда
Угрюмый свет блеснет:
Ни человека, ни зверей, -
Повсюду только лед.


Отсюда лед, оттуда лед,
Вверху и в глубине,
Трещит, ломается, гремит.
Как звуки в тяжком сне.


Наконец большая морская птица, называемая Альбатросом, прилетает
сквозь снеговой туман. Ее встречают радостно и гостеприимно.

И напоследок Альбатрос
К нам прилетел из тьмы;
Как, если б был он человек,
С ним обходились мы.

Он пищу брал у нас из рук.
Кружил над головой.
И с громом треснул лед, и вот
Нас вывел рулевой.


И вот Альбатрос оказывается добрым предзнаменованием и сопровождает
корабль, возвращающийся к северу сквозь туман и плавучие льды.


И добрый южный ветр нас мчал,
Был с нами Альбатрос,
Он поиграть, поесть слетал
На корабельный нос.


В сырой туман на мачте он
Спал девять вечеров,
И белый месяц нам сиял
Из белых облаков".


Старый Моряк, нарушая гостеприимство, убивает птицу, приносящую
счастье.


- Господь с тобой, Моряк седой,
Дрожишь ты, как в мороз!
Как смотришь ты? - "Моей стрелой
Убит был Альбатрос".


Часть вторая


"Вот солнце справа из волны
Восходит в вышину
Во мгле, и с левой стороны
Уходит и глубину.


И добрый южный ветр нас мчит,
Но умер Альбатрос.
Он не летит играть иль есть
На корабельный нос.


Товарищи бранят Старого Моряна за то,
что он убил птицу, приносящую счастье.


Я дело адское свершил,
То было дело зла.
Я слышал: "птицу ты убил,
Что ветер принесла;
Несчастный, птицу ты убил,
Что ветер принесла".


Но когда туман прояснел, они оправдывают его поступок
и тем самым приобщаются к его преступлению.


Когда же солнечным лучом
Зажегся океан,
Я слышал: "птицу ты убил,
Пославшую туман.
Ты прав был, птицу умертвив,
Пославшую туман".


Ветер продолжается. Корабль входит в Тихий Океан и плывет
на север, пока не доходит до Экватора.


Белеет пена, дует ветр,
За нами рябь растет;
Вошли мы первыми в простор,
Тех молчаливых вод.

Стих ветр, и парус наш повис,
И горе к нам идет,
Лишь голос наш звучит в тиши
Тех молчаливых вод.


Корабль неожиданно останавливается.


В горячих, медных небесах
Полдневною порой
Над мачтой Солнце, точно кровь,
С Луну величиной.

За днями дни, за днями дни
Мы ждем, корабль наш спит,
Как в нарисованной воде,
Рисованный стоит.

Месть за Альбатроса начинается.


Вода, вода, одна вода.
Но чан лежит вверх дном;
Вода, вода, одна вода,
Мы ничего не пьем.


Как пахнет гнилью - о, Христос! -
Как пахнет от волны,
И твари слизкие ползут
Из вязкой глубины.


В ночи сплетают хоровод
Блудящие огни.
Как свечи ведьмы, зелены,
Красны, белы они.


Их преследует дух, один из незримых обитателей нашей планеты,
которые - не души мертвых и не ангелы.


И многим спился страшный дух,
Для нас страшней чумы,
Он плыл за нами под водой
Из стран снегов и тьмы.


В гортани каждого из нас.
Засох язык, и вот,
Молчали мы, как будто все
Набили сажей рот.


Матросы, придя в отчаянье, хотят взвалить всю вину на Старого Моряка,
в знак чего они привязывают ему на шею труп морской птицы.


Со злобой глядя на меня,
И стар и млад бродил;
И мне на шею Альбатрос
Повешен ими был".



Часть третья


Старый Моряк замечает что-то вдали.


"Так скучно дни идут. У всех
Стеклянный блеск в глазах.
Как скучно нам! Как скучно нам!
Как страшен блеск в глазах!
Смотрю вперед, и что-то вдруг
Мелькнуло в небесах.


Сперва, как легкое пятно,
И как туман потом;
Плывет, плывет и, наконец
Явилось кораблем.


Пятно - туман - корабль вдали,
И все плывет, плывет:
Как бы по воле духа вод
То прыгнет, то нырнет.


При приближенье это оказывается кораблем; и дорогой ценой
Моряк добывает у Жажды возможность говорить.


С засохшим, черным языком
Кричать мы не могли;
Тогда я руку прокусил,
Напился крови и завыл:
- Корабль, корабль вдали!


С засохшим, черным языком,
В движеньях не тверды,
Они пытались хохотать
И снова начали дышать,
Как бы хлебнув воды.


Взрыв радости и за ним ужас. Ибо разве бывает корабль,
плывущий без ветра или течения?


- Смотри! - кричал я - как он тих,
Не даст он счастья нам;
Но без теченья, без ветров
Летит он по водам. -


На западе волна в огне,
Уходит день, как дым;
И был над самою волной
Шар солнца недвижим,
Когда чудесный призрак вдруг
Меж нами встал и ним.


Ему кажется, что это только скелет корабля.


Сквозь снасти Солнце видно нам
(Услышь, Мария, нас!)
Как за решеткою тюрьмы
Горящий, круглый глаз.


Увы! (я думал и дрожал)
Он продолжает плыть!
И неужели паруса -
На Солнце эта нить?


И реи кажутся тюремной решеткой на лике заходящего Солнца. На борту
корабля-скелета только женщина-призрак и смерть, ее товарищ.
Каково судно, такова и команда! Смерть и Жизнь по Смерти
разыгрывают между собой моряков, и последняя получает
Старого Моряка.


Пылает Солнце, как в тюрьме
Ужели между рей?
И женщина смеется нам? -
Не Смерть ли? И вторая там?
Не Смерть ли та, что с ней?


Рот красен, желто-золотой
Ужасный взор горит:
Пугает кожа белизной,
То Жизнь по Смерти, дух ночной,
Что сердце леденит.


Вот близко, близко подошли
И занялись игрой,
И трижды свистнув, крикнул
дух:
"Я выиграл, он мой!"


Нет сумерек на заходе солнца.


Уж Солнца нет; уж звезд черед:
Недолго вечер был,
И с шумом призрачный корабль
Опять в моря уплыл.


Мы слушали, смотрели вновь
И как из кубка, нашу кровь
Точил нз сердца страх;
Мутнели звезды, мрак густел
Был рулевой под лампой бел;


Восход месяца.


Роса - на парусах.
А на востоке встал тогда
Рогатый месяц, и звезда
Запуталась в рогах.


Один за другим.


И каждый месяцем гоним,
Безмолвие храня,
Глазами, полными тоски,
Преследует меня.


Его товарищи падают мертвыми.


И двести их, живых людей
(А я не слышал слов),
С тяжелым стуком полегли,
Как груда мертвецов.


Помчались души их, спеша
Покинуть их тела!
И пела каждая душа,
Как та моя стрела".



Часть четвертая



Свадебный Гость боится, что говорит с призраком.


-Ты страшен мне, седой Моряк
С костлявою рукой
Ты темен, как морской песок,
Высокий и худой.


Но Старый Моряк уверяет его, продолжает свою ужасную исповедь.


Страшны горящие глаза,
Костлявая рука, -
"Постой, не бойся, Брачный
Гость!
Не умер я пока.


Одни, один, всегда один,
Один среди зыбей!
И нет святых, чтоб о душе
Припомнили моей.

Он презирает тварей, порожденных затишьем,


Так много молодых людей
Лишились бытия:
А слизких тварей миллион
Живет; а с ними я.


И сердится, зачем они живут, когда столько людей погибло.


Гляжу на гниль кишащих вод
И отвожу мой взгляд;
Гляжу на палубу потом,
Там мертвецы лежат.


Гляжу на небо и мольбу
Пытаюсь возносить,
Но раздается страшный звук,
Чтоб сердце мне сушить.


Когда же веки я сомкну,
Зрачков ужасен бой,
Небес и вод, небес и вод
Лежит на них тяжелый гнет,
И трупы под ногой.




Но проклятье ему видно в глазах мертвецов.


Холодный пот с лица их льет,
Но тленье чуждо им,
И взгляд, каким они глядят,
Навек неотвратим.


Сирот проклятье с высоты
Свергает духа в ад;
Но, ах! Проклятье мертвых глаз
Ужасней во сто крат!
Семь дней и семь ночей пред ним
Я умереть был рад.


Подвижный месяц поднялся
И поплыл в синеве:
Он тихо плыл, а рядом с ним
Одна звезда, иль две.


Была в лучах его бела,
Как иней, глубина;
Но там, где тень от корабля
Легла, там искрилась струя
Убийственно-красна.



При свете месяца он в полной тишине видит божьих тварей.


Где тени не бросал корабль,
Я видел змей морских:
Они неслись лучам во след,
Вставали на дыбы, и свет
Был в клочьях снеговых.


Где тени не бросал корабль,
Наряд их видел я, -
Зеленый, красный, голубой.
Они скользили над водой,
Там искрилась струя.


Их красота и их счастье.


Они живыми были! Как
Их прелесть описать!
Весна любви вошла в меня,


Он благословляет их в сердце своем.


Я стал благословлять:
Святой мой пожалел меня,
Я стал благословлять.


Чары начинают спадать.


Я в этот миг молиться мог:
И с шеи, наконец,
Сорвавшись, канул Альбатрос
В пучину, как свинец".




Часть пятая



"О, милый сон, по всей земле
И всем отраден он!
Марии вечная хвала!
Она душе моей дала
Небесный милый сон.


По милости богоматери Старый Моряк освежен дождем.

На деле чан один пустой
Случайно уцелел;
Мне снилось, полон он водой:
Проснулся - дождь шумел.
Мой рот холодным был и ткань
На мне сырой была;
О, да! Пока я пил во сне,
И плоть моя пила.


Но я ее не замечал,
Так легок стал я вдруг,
Как будто умер я во сне,
И был небесный дух.


Он слышит звуки и замечает странные небесные знаменья.


И я услышал громкий ветр;
Он веял вдалеке,
Но все ж надулись паруса,
Висевшие в тоске.


И разорвались небеса,
И тысяча огней
То вспыхнет там, то здесь мелькнет;
То там, то здесь, назад, вперед,
И звезды пляшут с ней.


Идущий ветер так могуч, -
Сломать бы мачту мог;
Струится дождь из черных туч,
И месяц в них залег.


Залег он в трещине меж туч,
Что были так черны:
Как воды падают со скал,
Так пламень молнии упал
С отвесной крутизны.


Трупы корабельных матросов заколдованы, а корабль плывет.


Ветров не чувствует корабль,
Но все же мчится он.
При свете молний и Луны.
Мне слышен мертвых стон.


Они стенают и дрожат,
Они встают без слов,
И видеть странно, как во сне,
Встающих мертвецов.


Встал рулевой, корабль плывет,
Хоть также нет волны;
И моряки идут туда,
Где быть они должны,

Берясь безжизненно за труд,
Невиданно-страшны.


Племянник мертвый мой со мной
Нога к ноге стоял:
Тянули мы один канат,
Но только он молчал".

Но не души умерших матросов и не демоны земли или воздуха,
но благословенный рой ангелов ниспослан по молитве его святого.


- Ты страшен мне, седой Моряк!
"Не бойся, Гость, постой!
Не грешных душ то рать была,
В свои вернувшихся тела,
А душ блаженный строй:


Когда настал рассвет, они
Вкруг мачт сошлись толпой;
И, поднимая руки ввысь,
Запели гимн святой.


Летели звуки вновь и вновь,
Коснутся высоты
И тихо падали назад,
То порознь, то слиты.


То пенье жаворонка я
Там различал едва;
То пенье птички небольшой
Меж небесами и водой
Струила синева.


Уединенной флейты плач,
Оркестра голоса,
Хор ангелов, перед каким
Немеют небеса.


Все смолкло; только в парусах
До полдня слышен зов,
Как бы в июньскую жару
Журчанье ручейков,
Что нежным голосом поют
В тиши ночных лесов.


И так до полдня плыли мы
Средь полной тишины:
Спокойно двигался корабль,
Влеком из глубины.


Одинокий дух мчит корабль от Южного полюса до Экватора, повинуясь сонму
ангелов, но возмездие должно продолжаться.


На девять сажен в глубине
Из стран снегов и тьмы
Плыл дух; и наш взносил корабль
На водные холмы.
Но в полдень зов средь парусов
Затих, и стали мы.


Над мачтой Солнце поднялось,
Идти нам не дает:
Но через миг опять корабль
Вдруг подскочил из вод,
Почти во всю свою длину
Он подскочил из вод.


Как конь, встающий на дыбы,
Он сразу подскочил:
В виски ударила мне кровь
И я упал без сил.


Демоны, спутники Полярного Духа, незримые обитатели стихий, принимают
участие в его работе, и двое из них сообщают один другому, что долгое
и жестокое мщенье Старому Моряку совершено Полярным Духом, который
возвращается на юг.


Как долго я лежал без чувств,
Я сам узнать бы рад;
Когда ж вернулась жизнь ко мне,
Я услыхал, что в вышине
Два голоса звучат.


- Кто это? - говорил один,
- Не это ли матрос,
Чьей злой стрелою был убит
Незлобный Альбатрос?


Самодержавный властелин
Страны снегов и мглы
Любил ту птицу и отмстил
Хозяину стрелы. -


Ответный голос схожим был
С медвяною росой;
- Он к покаянью принужден
На век останний свой".



Часть шестая


Первый голос

"Но расскажи мне! - слышно вновь,
- Ответь подробней мне,
Затем так движется корабль?
Что скрыто в глубине?


Второй голос

Как пред своим владыкой раб
И океан смирен;
Его горящий круглый глаз
На Месяц устремлен -


И если знает он свой путь,
То это Месяц правит им;
Смотри, мой брат, как нежен
взгляд
Взгляд Месяца над ним.


Первый голос

Но как в безветрии корабль
Идет, заворожен?



Моряк лежит без чувств, потому что ангелы уносят корабль
на север так быстро, что человек не может выдержать.


Второй голос

Раздался воздух впереди,
Сомкнулся сзади он.


Летим, мой брат, скорей летим!
Мы запоздали так:
Пока корабль идет вперед,
Пробудится Моряк. -


Чудесное движенье замедлено; Моряк очнулся, а возмездие продолжается.


Проснулся я; и мы плывем
В безветренных водах:
Кругом столпились мертвецы,
И Месяц в облаках.


Стоят на палубе они,
Уставя на меня
Глаза стеклянные, где луч
Небесного огня.


С проклятьем умерли они,
Проклятье в их глазах.
Я глаз не в силах отвести,
Ни изойти в слезах.


Возмездие, наконец, кончается.


И чары кончились: опять
Взглянул я в зелень вод,
И хоть не видел ничего,
Но все глядел вперед.


Как путник, что идет в глуши
С тревогой и тоской
И закружился, но назад
На путь не взглянет свой
И чувствует, что позади
Ужасный дух ночной.


Но скоро ветер на меня,
Чуть ощутим, подул:
Его неслышный, тихий шаг
Воды не колыхнул.


Он освежил мое лицо,
Как ветр весны, маня
И, проникая ужас мой,
Он утешал меня.


Так быстро, быстро шел корабль,
Легко идти ему;
И нежно, нежно веял ветр, -
Мне веял одному.


И Старый Моряк снова видит родину.


О, дивный сон! Ужели я
Родимый вижу дом?
И этот холм и храм на нем?
И я в краю родном?


К заливу нашему корабль
Свой направляет путь -
О, дай проснуться мне, Господь,
Иль дай навек заснуть!


В родном заливе воды спят,
Они, как лед, ровны,
На них видны лучи луны
И тени от луны.


Немым сиянием луны
Озарены вокруг
Скала и церковь на скале,
И флюгерный петух.


Ангелы оставляют трупы и являются в одеждах света.

И призраки встают толпой,
Средь белых вод красны,
Те, кто казались мне сейчас
Тенями от луны.


В одеждах красных, точно кровь,
Они подходят к нам:
И я на палубу взглянул -
Господь! Что было там!


Лежал, как прежде, каждый труп,
Ужасен, недвижим!
Но был над каждым в головах
Крылатый серафим.


Хор ангелов манил рукой
И посылал привет,
Как бы сигнальные огни,
Одеянные в свет.


Хор ангелов манил рукой,
Ни звука в тишине,
Но и безмолвие поет,
Как музыка во мне.


Вдруг я услышал весел плеск
И кормщика свисток;
Невольно обернулся я
И увидал челнок.


Там кормщик и дитя его,
Они плывут за мной:
Господь! Пред радостью такой
Ничто и мертвых строй.


Отшельника мне слышен зов
Ведь в лодке - третьим он!
Поет он громко славный гимн,
Что им в лесу сложен.
Я знаю, может смыть с души
Кровь Альбатроса он.




Часть седьмая



Лесной Отшельник.


Отшельник тот в лесу живет
У голубой волны.
Поет в безмолвии лесном,
Болтать он любит с Моряком
Из дальней стороны.


И по утрам, по вечерам
Он молит в тишине:
Мягка его подушка - мох
На обветшалом пне.


Челнок был близко. Слышу я:
- Здесь колдовства ли нет?
Куда девался яркий тот,
Нас призывавший свет?


И не ответил нам никто, -
Сказал Отшельник, - да!


Чудесное приближенье корабля.


Корабль иссох, а паруса?
Взгляды, как ткань худа!
Сравненья не найти; одна
С ней схожа иногда
Охапка листьев, что мои
Ручьи лесные мчат;
Когда под снегом спит трава
И с волком говорит сова.
С тем, что пожрал волчат. -


-То были взоры сатаны!
(Так кормщик восклицал)
- Мне страшно. - Ничего!
плывем! -
Отшельник отвечал.


Челнок уже у корабля,
Я в забытье немом,
Челнок причалил к кораблю,
И вдруг раздался гром.


Корабль внезапно тонет.


Из-под воды раздался он
И ширится, растет:
Он всколыхнул залив, и вот
Корабль ко дну идет.


Старый Моряк находит спасенье и челноке.


От грома океан застыл,
И небеса в тоске,
И, как утопленник, я всплыл
Из глуби налегке;
Но я глаза свои открыл
В надежном челноке.


В воронке, где погиб корабль,
Челнок крутил волчком;
Все стихло, только холм гудел,
В нем отдавался гром.


Открыл я рот - и кормщик вдруг,
Закрыв лицо, упал;
Святой Отшельник бледен был
И Бога призывал.


Схватил я весла: и дитя,
Помешано почти,
Смеется, не отводит глаз
От моего пути.
- Ха! Ха! - бормочет, - как я рад,
Что может Черт грести. -


И я в стране моей родной,
На твердой я земле!
Отшельник вышел и спешит,
Скрывается во мгле.


Старый Моряк умоляет Отшельника принять его исповедь; и его душа
облегчена.


"Постой! Я каяться хочу!"
Отшельник хмурит взор
И вопрошает: "Кто же ты?
Что делал до сих пор?" -


И пал с меня тяжелый груз
С мучительной тоской,
Что вынудила мой рассказ;
И я пошел иной.


Но все-таки тоска заставляет его бродить из страны в страну.


С тех пор гнетет меня тоска
В неведомый мне час,
Пока я вновь не расскажу
Мой сумрачный рассказ.


Как ночь, брожу из края в край,
Метя то снег, то пыль;
И по лицу я узнаю,
Кто может выслушать мою
Мучительную быль.


О, как за дверью громок шум!
Собрались гости там;
Поет невеста на лугу
С подружками гостям,
И слышится вечерний звон,
Зовя меня во храм.


О, Брачный Гость, я был в морях
Пустынных одинок,
Так одинок, как, может быть,
Бывает только бог.


Но я тебя не попрошу:
На пир меня возьми!
Идти мне слаще в божий храм
С хорошими людьми.


Ходить всем вместе в божий храм
И слушать там напев,
Которым с богом говорят,
Средь стариков, мужчин, ребят,
И юношей, и дев.


И учит на своем собственном примере любви и вниманью ко
всей твари, которую создал и любит бог.


Прощай, прощай! Но, Брачный
Гость,
Словам моим поверь!
Тот молится, кто любит всех,
Будь птица то, иль зверь.
Словам моим поверь!


Тот молится, кто любит все -
Создание и тварь;
Затем, что любящий их бог
Над этой тварью царь".


Моряк, с глазами из огня,
С седою бородой
Ушел, и следом Брачный Гость
Побрел к себе домой.


Побрел, как зверь, что оглушен,
Спешит в свою нору:
Но углубленней и мудрей
Проснулся поутру.


Иллюстрации Поля Гюстава Доре к "Поэме о Старом Моряке" в художественной галерее Гавани Корсаров -> [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]



.
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (20.01.2012), Natali (06.02.2012)
Старый 02.02.2012, 16:14   #57
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Русские поэты о море

Пушкин Александр Сергеевич

Александр Сергеевич Пушкин (06.06.1799 - 10.02.1837) - Величайший русский поэт и писатель, родоначальник новой русской литературы, создатель русского литературного языка. Окончил Царскосельский (Александровский) лицей (1817). Был близок к декабристам. В 1820 году под видом служебного перемещения был сослан на юг (Екатеринослав, Кавказ, Крым, Кишинев, Одесса). В 1824 году уволен со службы и выслан в село Михайловское под полицейский надзор до 1826 года. Скончался от раны, полученной на дуэли.

Среди стихотворений Пушкина видное место принадлежит тем, в которых поэт с изумительной поэтической силой и любовью рисует картины родной природы. Несравненный живописец природы, Пушкин воспринимал её не только зорким глазом .художника и тонким слухом музыканта, но и любящим свою родину сердцем горячего патриота.
В пушкинских стихах о море неизменно чувствуется фатализм: стихия выступает высшим началом, над которым у человека нет власти. Свобода моря в пушкинской лирике – антитеза заточению поэта и безгласности времени.
Поэтическое изображение моря сочетается в стихотворении с размышлениями поэта о своей судьбе изгнанника и о судьбах народов. Море потому близко и дорого Пушкину, что оно представляется ему живым воплощением мятежной и свободной стихии, мощи и гордой красоты, т. е. таких качеств, которые особенно привлекают поэта.
Прощаясь с морем, Пушкин прощается с молодостью, эпохой и частью себя прежнего.





К МОРЮ
Спойлер:
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.

Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.

Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!

Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!

Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,
И стая тонет кораблей.

Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
Мой поэтической побег!

Ты ждал, ты звал... я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,*
У берегов остался я...

О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.

Одна скала, гробница славы...**
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.

Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.

Исчез, оплаканный свободой,***
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.

Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.

Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.

Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.

В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.

1824

* Имеется в виду чувство к Е. К. Воронцовой
** Речь идет о острове св. Елены, где с 1815 г. находился в заключении Наполеон.
*** Речь идет о Байроне, который умер в Греции во время участия в национально-освободительной борьбе греков.


ЗЕМЛЯ И МОРЕ
Спойлер:
Когда по синеве морей
Зефир скользит и тихо веет
В ветрила гордых кораблей
И челны на волнах лелеет;
Забот и дум слагая груз,
Тогда ленюсь я веселее —
И забываю песни муз:
Мне моря сладкий шум милее.
Когда же волны по брегам
Ревут, кипят и пеной плещут,
И гром гремит по небесам,
И молнии во мраке блещут, —
Я удаляюсь от морей
В гостеприимные дубровы;
Земля мне кажется верней,
И жалок мне рыбак суровый:
Живет на утлом он челне,
Игралище слепой пучины.
А я в надежной тишине
Внимаю шум ручья долины.


БУРЯ
Спойлер:
Ты видел деву на скале
В одежде белой над волнами,
Когда, бушуя в бурной мгле,
Играло море с берегами.
Когда луч молний озарял
Ее всечасно блеском алым,
И ветер бился и летал
С ее летучим покрывалом?
Прекрасно море в бурной мгле
И небо в блесках без лазури;
Но верь мне: дева на скале
Прекрасней волн, небес и бури.


ПОГАСЛО ДНЕВНОЕ СВЕТИЛО...
Спойлер:
Погасло дневное светило;
На море синее вечерний пал туман.
Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
Я вижу берег отдаленный,
Земли полуденной волшебные края;
С волненьем и тоской туда стремлюся я,
Воспоминаньем упоенный...
И чувствую: в очах родились слезы вновь;
Душа кипит и замирает;
Мечта знакомая вокруг меня летает;
Я вспомнил прежних лет безумную любовь,
И всё, чем я страдал, и всё, что сердцу мило,
Желаний и надежд томительный обман...
Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
Лети, корабль, неси меня к пределам дальним
По грозной прихоти обманчивых морей,
Но только не к брегам печальным
Туманной родины моей,
Страны, где пламенем страстей
Впервые чувства разгорались,
Где музы нежные мне тайно улыбались,
Где рано в бурях отцвела
Моя потерянная младость,
Где легкокрылая мне изменила радость
И сердце хладное страданью предала.
Искатель новых впечатлений,
Я вас бежал, отечески края;
Я вас бежал, питомцы наслаждений,
Минутной младости минутные друзья;
И вы, наперсницы порочных заблуждений,
Которым без любви я жертвовал собой,
Покоем, славою, свободой и душой,
И вы забыты мной, изменницы младые,
Подруги тайные моей весны златыя,
И вы забыты мной... Но прежних сердца ран,
Глубоких ран любви, ничто не излечило...
Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан...


АРИОН
Спойлер:
Нас было много на челне;
Иные парус напрягали,
Другие дружно упирали
В глубь мощны веслы. В тишине
На руль склонись, наш кормщик умный
В молчанье правил грузный челн;
А я - беспечной веры полн,-
Пловцам я пел... Вдруг лоно волн
Измял с налету вихорь шумный...
Погиб и кормщик и пловец! -
Лишь я, таинственный певец,
На берег выброшен грозою,
Я гимны прежние пою
И ризу влажную мою
Сушу на солнце под скалою.




Пушкин и море в картинах Ивана Константиновича Айвазовского:
Спойлер:
А.С. Пушкин на берегу Черного моря. 1897 г.
Спойлер:



Пушкин на берегу Черного моря. 1887 г.
Спойлер:


Прощание А.С. Пушкина с морем. 1877 г.
Спойлер:


А.С. Пушкин в Крыму у Гурзуфских скал. 1880 г.
Спойлер:



.

Последний раз редактировалось makarena; 10.02.2012 в 20:28.
Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Broken Heart (02.02.2012), Mr. Hyde (02.02.2012), Natali (06.02.2012)
Старый 04.02.2012, 21:13   #58
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Русские поэты о море

Тютчев Федор Иванович

Тютчев Федор Иванович (23 ноября (5 декабря) 1803, Овстуг, Брянский уезд, Орловская губерния - 15 (27) июля 1873, Царское Село) — русский поэт, дипломат, один из самых выдающихся представителей философской и политической лирики, член-корреспондент Петербургской АН с 1857 года.
Федор Иванович происходил из родовитой, но небогатой дворянской семьи. Тютчев не был плодовит как поэт (его наследие - около 300 стихотворений). Начал печататься в 16 лет, но печатался редко, в малоизвестных альманахах, в период 1837-1847 почти не писал стихов и, вообще, мало заботился о своей репутации поэта. Впервые поэзия Тютчева обратила на себя внимание после публикации ряда его стихов в пушкинском "Современнике" в 1836-1837. Первое собрание стихов, выпустил в 1854 Тургенев. Однако прижизненная известность Тютчева ограничивалась кругом литераторов и знатоков.

Поэзия Тютчева – это отражение его внутренней жизни, его мысли и чувства. Все это создавало художественный образ и приобретало философское осмысление. Тютчева недаром называют певцом природы. Лирика природы стала величайшим художественным достижением поэта.
Сколько удивительных, прекрасных своей мелодичностью, тонкостью мысли и лирической кроткостью стихотворений написал этот замечательный поэт. Он умел видеть и ощущать то, чего не смог бы сделать человек непоэтической души, лишенный творческого начала.
Его пейзажные картины напоены запахами, звуками, переливами лунного и солнечного света. Природа оживает в стихах.
Тютчев пишет о море, о его многоцветных в лунную ночь красках, о его живом, бурном дыхании, о гремящих и сверкающих волнах,- и какое высокое человеческое чувство праздника жизни, ее полноты, могучей красоты возникает у читателей.
Море у Тютчева – всегда живое, одухотворенное, движущееся: здесь и умиротворение, и восторг, и вселенская красота. В своей лирике Тютчев стремился передать единство человека и природы на просторах Вселенной. В стихах о море это удается ему особенно хорошо. Море является продолжением – и отражением – неба, а в душе человека изначально есть доступ и вверх, и вниз.




ЧЕРНОЕ МОРЕ
Спойлер:
Пятнадцать лет с тех пор минуло,
Прошел событий целый ряд,
Но вера нас не обманула -
И севастопольского гула
Последний слышим мы раскат.

Удар последний и громовый,
Он грянул вдруг, животворя;
Последнее в борьбе суровой
Теперь лишь высказано слово;
То слово - русского царя.

И все, что было так недавно
Враждой воздвигнуто слепой,
Так нагло, так самоуправно,
Пред честностью его державной
Все рушилось само собой.

И вот: свободная стихия, -
Сказал бы наш поэт родной, -
Шумишь ты, как во дни былые,
И катишь волны голубые,
И блещешь гордою красой!..

Пятнадцать лет тебя держало
Насилье в западном плену;
Ты не сдавалась и роптала,
Но час пробил - насилье пало:
Оно пошло, как ключ, ко дну.

Опять зовет и к делу нудит
Родную Русь твоя волна,
И к распре той, что бог рассудит,
Великий Севастополь будит
От заколдованного сна.

И то, что ты во время оно
От бранных скрыла непогод
В свое сочувственное лоно,
Отдашь ты нам - и без урона -
Бессмертный черноморский флот.

Да, в сердце русского народа
Святиться будет этот день, -
Он - наша внешняя свобода,
Он Петропавловского свода
Осветит гробовую сень...

Март 1871, Петербург


КАК ХОРОШО ТЫ, О МОРЕ НОЧНОЕ...
Спойлер:
Как хорошо ты, о море ночное, -
Здесь лучезарно, там сизо-темно...
В лунном сиянии, словно живое,
Ходит, и дышит, и блещет оно...

На бесконечном, на вольном просторе
Блеск и движение, грохот и гром...
Тусклым сияньем облитое море,
Как хорошо ты в безлюдье ночном!

Зыбь ты великая, зыбь ты морская,
Чей это праздник так празднуешь ты?
Волны несутся, гремя и сверкая,
Чуткие звезды глядят с высоты.

В этом волнении, в этом сиянье,
Весь, как во сне, я потерян стою -
О, как охотно бы в их обаянье
Всю потопил бы я душу свою...

Январь 1865г., Ницца


МОРЕ И УТЕС
Спойлер:
И бунтует и клокочет,
Хлещет, свищет и ревет,
И до звезд допрянуть хочет,
До незыблемых высот...
Ад ли, адская ли сила
Под клокочущим котлом
Огнь геенский разложила -
И пучину взворотила,
И поставила вверх дном?

Волн неистовых прибоем
Беспрерывно вал морской
С ревом, свистом, визгом, воем
Бьет в утес береговой, -
Но, спокойный и надменный,
Дурью волн не обуян,
Неподвижный, неизменный,
Мирозданью современный,
Ты стоишь, наш великан!

И, озлобленные боем,
Как на приступ роковой,
Снова волны лезут с воем
На гранит громадный твой.
Но о камень неизменный
Бурный натиск преломив,
Вал отбрызнул сокрушенный,
И струится мутной пеной
Обессиленный порыв...

Стой же ты, утес могучий!
Обожди лишь час, другой -
Надоест волне гремучей
Воевать с твоей пятой...
Утомясь потехой злою,
Присмиреет вновь она -
И без вою, и без бою
Под гигантскою пятою
Вновь уляжется волна...

1848, Петербург


КОРАБЛЕКРУШЕНИЕ
Спойлер:
Из Гейне

Надежда и любовь - все, все погибло!..
И сам я, бледный, обнаженный труп,
Изверженный сердитым морем,
Лежу на берегу,
На диком, голом берегу!..
Передо мной - пустыня водяная,
За мной лежат и горе и беда,
А надо мной бредут лениво тучи,
Уродливые дщери неба!
Они в туманные сосуды
Морскую черпают волну,
И с ношей вдаль, усталые, влекутся,
И снова выливают в море!..
Нерадостный и бесконечный труд!
И суетный, как жизнь моя!..
Волна шумит, морская птица стонет!
Минувшее повеяло мне в душу -
Былые сны, потухшие виденья
Мучительно-отрадные встают!
Живет на севере жена!
Прелестный образ, царственно-прекрасный!
Ее, как пальма, стройный стан
Обхвачен белой сладострастной тканью;
Кудрей роскошных темная волна,
Как ночь богов блаженных, льется
С увенчанной косами головы
И в легких кольцах тихо веет
Вкруг бледного, умильного лица,
И из умильно-бледного лица
Отверсто-пламенное око
Как черное сияет солнце!..
О черно-пламенное солнце,
О, сколько, сколько раз в лучах твоих
Я пил восторга дикий пламень,
И пил, и млел, и трепетал, -
И с кротостью небесно-голубиной
Твои уста улыбка обвевала,
И гордо-милые уста
Дышали тихими, как лунный свет, речами
И сладкими, как запах роз...
И дух во мне, оживши, воскрылялся
И к солнцу, как орел, парил!..
Молчите, птицы, не шумите, волны,
Все, все погибло - счастье и надежда,
Надежда и любовь!.. Я здесь один, -
На дикий брег заброшенный грозою,
Лежу простерт - и рдеющим лицом
Сырой песок морской пучины рою!..


СОН НА МОРЕ
Спойлер:
И море, и буря качали наш челн;
Я, сонный, был предан всей прихоти волн.
Две беспредельности были во мне,
И мной своевольно играли оне.
Вкруг меня, как кимвалы, звучали скалы,
Окликалися ветры и пели валы.
Я в хаосе звуков лежал оглушен,
Но над хаосом звуков носился мой сон.
Болезненно-яркий, волшебно-немой,
Он веял легко над гремящею тьмой.
В лучах огневицы развил он свой мир -
Земля зеленела, светился эфир,
Сады-лавиринфы, чертоги, столпы,
И сонмы кипели безмолвной толпы.
Я много узнал мне неведомых лиц,
Зрел тварей волшебных, таинственных птиц,
По высям творенья, как бог, я шагал,
И мир подо мною недвижный сиял.
Но все грезы насквозь, как волшебника вой,
Мне слышался грохот пучины морской,
И в тихую область видений и снов
Врывалася пена ревущих валов.


КОЛУМБ
Спойлер:
Тебе, Колумб, тебе венец!
Чертеж земной ты выполнивший смело
И довершивший наконец
Судеб неконченное дело,
Ты завесу расторг божественной рукой -
И новый мир, неведомый, нежданный,
Из беспредельности туманной
На божий свет ты вынес за собой.

Так связан, съединен от века
Союзом кровного родства
Разумный гений человека
С творящей силой естества...

Скажи заветное он слово -
И миром новым естество
Всегда откликнуться готово
На голос родственный его.

1844


ТЫ ВОЛНА МОЯ МОРСКАЯ...
Спойлер:
Ты волна моя морская,
Своенравная волна,
Как, покоясь иль играя,
Чудной жизни ты полна!
Ты на солнце ли смеешься,
Отражая неба свод,
Иль мятешься ты и бьешься
В одичалой бездне вод, —
Сладок мне твой тихий шепот,
Полный ласки и любви;
Внятен мне и буйный ропот,
Стоны вещие твои.
Будь же ты в стихии бурной
То угрюма, то светла,
Но в ночи твоей лазурной
Сбереги, что ты взяла.
Не кольцо, как дар заветный,
В зыбь твою я опустил,
И не камень самоцветный
Я в тебе похоронил.
Нет — в минуту роковую,
Тайной прелестью влеком,
Душу, душу я живую
Схоронил на дне твоем.


ПО РАВНИНЕ ВОД ЛАЗУРНОЙ...
Спойлер:
По равнине вод лазурной
Шли мы верною стезей, —
Огнедышащий и бурный
Уносил нас змей морской.
С неба звезды нам светили,
Снизу искрилась волна
И метелью влажной пыли
Обдавала нас она.
Мы на палубе сидели,
Многих сон одолевал...
Все звучней колеса пели,
Разгребая шумный вал...
Приутих наш круг веселый,
Женский говор, женский шум...
Подпирает локоть белый
Много милых, сонных дум.
Сны играют на просторе
Под магической луной —
И баюкает их море
Тихоструйною волной.




.

Последний раз редактировалось makarena; 05.02.2012 в 23:34.
Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Natali (06.02.2012)
Старый 05.02.2012, 23:44   #59
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры Корабли
По умолчанию Русские поэты о море

Блок Александр Александрович

Александр Блок (28 ноября 1880г. - 7 августа 1921г.) - величайший русский поэт и драматург, один из наиболее ярких представителей русского Символизма, литературного направления, оказавшего глубокое влияние на всю последующую русскую и мировую литературу.
А. Блок родился 28 (16) ноября 1880 года в семье профессора права и дочери ректора Университета Санкт-Петербурга. Сочинять Блок начал в пять (!) лет, поэтому неудивительно, что поэтическая экспрессия стали нормой его жизни. В 1903 году Блок женился на Любови Менделеевой, дочери великого русского химика Д.И. Менделеева., героине его первой книги стихов «Стихи о Прекрасной Даме». 7 июля 1916 года Блока призвали на службу в инженерную часть Всероссийского Земского Союза. Поэт служил в Беларуси. По собственному признанию в письме матери, во время войны его основные интересы были «кушательные и лошадиные». Февральскую и Октябрьскую революции Блок встретил со смешанными чувствами. Он отказался от эмиграции, считая, что должен быть с Россией в трудное время.
Александр Блок умер 7 августа 1921 года в Петербурге, оставленный многими друзьями молодости и лишенный последних иллюзий относительно новой власти.
Поэтесса Наталья Лайдинен:
«Блок - поэт Стихий. В его стихах завывают вьюги, носятся ветра, руша на своем пути жизни людей и целых цивилизаций. Море - один из самых частых и многоплановых образов лирики великого поэта. Он с восторгом и благоговейным трепетом описывает тяжелые будни моряков. Поэт живописует море, как могучий фатум, жаждущий смерти, в котором, однако, есть и бесконечность стихийного восторга, грандиозный масштаб выражения чувства и символ взволнованного непостоянства бытия. Море в поэзии Блока - вечное зеркало человеческой жизни во всех ее проявлениях».




ПЕСНЯ МАТРОСОВ
Спойлер:
Подарило нам море
Обручальное кольцо!
Целовало нас море
В загорелое лицо!
Приневестилась
Морская глубина!
Неневестная
Морская быстрина!
С ней жизнь вольна,
С ней смерть не страшна,
Она, матушка, свободна, холодна!
С ней погуляем
На вольном просторе!
Синее море!
Красные зори!
Ветер, ты, пьяный,
Трепли волоса!
Ветер соленый,
Неси голоса!
Ветер, ты, вольный,
Раздуй паруса!


В СЕВЕРНОМ МОРЕ
Спойлер:
Что сделали из берега морского
Гуляющие модницы и франты?
Наставили столов, дымят, жуют,
Пьют лимонад. Потом бредут по пляжу,
Угрюмо хохоча и заражая
Соленый воздух сплетнями. Потом
Погонщики вывозят их в кибитках,
Кокетливо закрытых парусиной,
На мелководье. Там, переменив
Забавные тальеры и мундиры
На легкие купальные костюмы,
И дряблость мускулов и грудей обнажив,
Они, визжа, влезают в воду. Шарят
Неловкими ногами дно. Кричат,
Стараясь показать, что веселятся.

А там - закат из неба сотворил
Глубокий многоцветный кубок. Руки
Одна заря закинула к другой,
И сестры двух небес прядут один -
То розовый, то голубой туман.
И в море утопающая туча
В предсмертном гневе мечет из очей
То красные, то синие огни.

И с длинного, протянутого в море,
Подгнившего, сереющего мола,
Прочтя все надписи: "Навек с тобой",
"Здесь были Коля с Катей", "Диодор
Иеромонах и послушник Исидор
Здесь были. Дивны божии дела", -
Прочтя все надписи, выходим в море
В пузатой и смешной моторной лодке.

Бензин пыхтит и пахнет. Два крыла
Бегут в воде за нами. Вьется быстрый след,
И, обогнув скучающих на пляже,
Рыбачьи лодки, узкий мыс, маяк,
Мы выбегаем многоцветной рябью
В просторную ласкающую соль.

На горизонте, за спиной, далёко
Безмолвным заревом стоит пожар.
Рыбачий Вольный остров распростерт
В воде, как плоская спина морского
Животного. А впереди, вдали -
Огни судов и сноп лучей бродячих
Прожектора таможенного судна.
И мы уходим в голубой туман.
Косым углом торчат над морем вехи,
Метелками фарватер оградив,
И далеко - от вехи и до вехи -
Рыбачьих шхун маячат паруса...

Над морем - штиль. Под всеми парусами
Стоит красавица - морская яхта.
На тонкой мачте - маленький фонарь,
Что камень драгоценной фероньеры,
Горит над матовым челом небес.

На острогрудой, в полной тишине,
В причудливых сплетениях снастей,
Сидят, скрестивши руки, люди в светлых
Панамах, сдвинутых на строгие черты.
А посреди, у самой мачты, молча,
Стоит матрос, весь темный, и глядит.

Мы огибаем яхту, как прилично,
И вежливо и тихо говорит
Один из нас: "Хотите на буксир?"
И с важной простотой нам отвечает
Суровый голос: "Нет. Благодарю".

И, снова обогнув их, мы глядим
С молитвенной и полною душою
На тихо уходящий силуэт
Красавицы под всеми парусами...
На драгоценный камень фероньеры,
Горящий в смуглых сумерках чела.

Сестрорецкий курорт
1907


РАССВЕТ
Спойлер:
Тихо рассыпалась в небе ракета,
Запад погас, и вздохнула земля.
Стали на рейде и ждали рассвета,
Ночь возвращенья мечте уделя.

Сумерки близятся. В утренней дрёме
Что-то безмерно-печальное есть.
Там - в океане - в земном водоеме -
Бродит и плещет пугливая весть...

Белый, как белая птица, далёко
Мерит и выси и глуби - и вдруг
С первой стрелой, прилетевшей с востока,
Сонный в морях пробуждается звук.

Смерть или жизнь тяготеет над морем,
Весть о победе - в полете стрелы.
Смертные мы и о солнце не спорим,
Знаем, что время готовить хвалы.

Кто не проснулся при первом сияньи -
Сумрачно помнит, что гимн отзвучал,
Чует сквозь сон, что утратил познанье
Ранних и светлых и мудрых начал...

Но с кораблей, испытавших ненастье,
Весть о рассвете достигла земли:
Буйные толпы, в предчувствии счастья,
Вышли на берег встречать корабли.

Кто-то гирлянду цветочную бросил,
Лодки помчались от пестрой земли.
Сильные юноши сели у весел,
Скромные девушки взяли рули.

Плыли и пели, и море пьянело...
16 декабря 1904


ГОЛОС В ТУЧАХ
Спойлер:
Нас море примчало к земле одичалой
В убогие кровы, к недолгому сну,
А ветер крепчал, и над морем звучало,
И было тревожно смотреть в глубину,

Больным и усталым - нам было завидно,
Что где-то в морях веселилась гроза,
А ночь, как блудница, смотрела бесстыдно
На темные лица, в больные глаза.

Мы с ветром боролись и, брови нахмуря,
Во мраке с трудом различали тропу...
И вот, как посол нарастающей бури,
Пророческий голос ударил в толпу.

Мгновенным зигзагом на каменной круче
Торжественный профиль нам брызнул в глаза,
И в ясном разрыве испуганной тучи
Веселую песню запела гроза:

"Печальные люди, усталые люди,
Проснитесь, узнайте, что радость близка!
Туда, где моря запевают о чуде,
Туда направляется свет маяка!

Он рыщет, он ищет веселых открытий
И зорким лучом стережет буруны,
И с часу на час ожидает прибытий
Больших кораблей из далекой страны!

Смотрите, как ширятся полосы света,
Как радостен бег закипающих пен!
Как море ликует! Вы слышите - где-то -
За ночью, за бурей - взыванье сирен!"

Казалось, вверху разметались одежды,
Гремящую даль осенила рука...
И мы пробуждались для новой надежды,
Мы знали: нежданная Радость близка!..

А там - горизонт разбудили зарницы,
Как будто пылали вдали города,
И к порту всю ночь, как багряные птицы,
Летели, шипя и свистя, поезда.

Гудел океан, и лохмотьями пены
Швырялись моря на стволы маяков.
Протяжной мольбой завывали сирены:
Там буря настигла суда рыбаков.


РАБОЧИЕ НА РЕЙДЕ
Спойлер:
Окаймлен летучей пеной,
Днем и ночью дышит мол.
Очарованный сиреной,
Труд наш медленный тяжел.
Океан гудит под нами,
В порте блещут огоньки,
Кораблей за бурунами
Чутко ищут маяки.
И шатают мраки в море
Эти тонкие лучи,
Как испуганные зори,
Проскользнувшие в ночи.
Широки ночей объятья,
Тяжки вздохи темноты!
Все мы близки, все мы братья -
Там, на рейде, в час мечты!
Далеко за полночь - в дали
Неизведанной земли -
Мы печально провожали
Голубые корабли.
Были странны очертанья
Черных труб и тонких рей,
Были темные названья
Нам неведомых зверей.
"Птица Пен" ходила к югу,
Возвратясь, давала знак:
Через бурю, через вьюгу
Различали красный флаг...
Что за тайну мы хранили,
Чьи богатства стерегли?
Золотые ль слитки плыли
В наши темные кули?
Не чудесная ли птица
В клетке плечи нам свела?
Или черная царица
В ней пугливо замерла?..
Но, как в сказке, люди в море:
Тяжкой ношей каждый горд.
И, туманным песням вторя,
Грохотал угрюмый порт.


УЖЕ НАД МОРЕМ ВЕЧЕРЕЕТ...
Спойлер:
Уже над морем вечереет,
Уж ты мечтой меня томишь,
И с полуночи ветер веет
Через неласковый камыш.

Огни на мачтах зажигая,
Уходят в море корабли,
А ты, ночная, ты, земная,
Опять уносишь от земли.

Ты вся пленительна и лжива,
Вся - в отступающих огнях,
Во мгле вечернего залива,
В легко-туманных пеленах.

Позволь и мне огонь прибрежный
Тебе навстречу развести,
В венок страстной и неизбежный –
Цветок влюбленности вплести...

Обетование неложно:
Передо мною - ты опять.
Душе влюбленной невозможно
О сладкой смерти не мечтать.


ПРИСТАНЬ БЕЗМОЛВНА...
Спойлер:
Пристань безмолвна. Земля близка.
Земли не видно. Ночь глубока.

Стою на серых мокрых досках.
Буря хохочет в седых кудрях.

И слышу, слышу, будто кричу:
"Поставьте в море на камне свечу!

Когда пристанет челнок жены,
Мы будем вместе с ней спасены!"

И страшно, и тяжко в мокрый песок
Бьют волны, шлют волны седой намек...

Она далёко. Ответа нет.
Проклятое море, дай мне ответ!

Далёко, там, камень! Там ставьте свечу!
И сам не знаю, я ли кричу.

Июль 1903
с. Шахматово


ВСЁ, ЧТО В МОРЕ ПОКОИТ ВОЛНУ...
Спойлер:
Всё, что в море покоит волну,
Всколыхнет ее в бурные дни.
Я и ныне дремлю и усну –
До заката меня не мани...

О, я знаю, что солнце падет
За вершину прибрежной скалы!
Всё в единую тайну сольет
Тишина окружающей мглы!

Если знал я твои имена, -
Для меня они в ночь отошли...
Я с Тобой, золотая жена,
Облеченная в сумрак земли.

Сентябрь 1902


ДЕВУШКА ПЕЛА В ЦЕРКОВНОМ ХОРЕ...
Спойлер:
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.

Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.

И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.

И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у царских врат,
Причастный тайнам,- плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.


ЖИЗНЬ – КАК МОРЕ...
Спойлер:
Жизнь – как море, она всегда исполнена бури.
Зорко смотри, человек: буря бросает корабль.
Если спустится мрачная ночь – управляй им тревожно,
Якорь спасенья ищи – якорь спасенья найдешь…
Если же ты, человек, не видишь конца этой ночи,
Если без якоря ты в море блуждаешь глухом,
Ну, без мысли тогда бросайся в холодное море!
Пусть потонет корабль – вынесут волны тебя!

30 октября 1898


БАРКА ЖИЗНИ ВСТАЛА...
Спойлер:
Барка жизни встала
На большой мели.
Громкий крик рабочих
Слышен издали.
Песни и тревога
На пустой реке.
Входит кто-то сильный
В сером армяке.
Руль дощатый сдвинул,
Парус распустил
И багор закинул,
Грудью надавил.
Тихо повернулась
Красная корма,
Побежали мимо
Пестрые дома.
Вот они далёко,
Весело плывут.
Только нас с тобою,
Верно, не возьмут!

Декабрь 1904


ВСЁ ПОМНИТ О ВЕСЛЕ ВЗДЫХАЮЩЕМ...
Спойлер:
Всё помнит о весле вздыхающем
Мое блаженное плечо...
Под этим взором убегающим
Не мог я вспомнить ни о чем...

Твои движения несмелые,
Неверный поворот руля...
И уходящий в ночи белые
Неверный призрак корабля...

И в ясном море утопающий
Печальный стан рыбачьих шхун...
И в золоте восходном тающий
Бесцельный путь, бесцельный вьюн...

28 мая 1908


ОСТАВЬ МЕНЯ В МОЕЙ ДАЛИ...
Спойлер:
Оставь меня в моей дали,
Я неизменен. Я невинен.
Но темный берег так пустынен,
А в море ходят корабли.

Порою близок парус встречный,
И зажигается мечта;
И вот - над ширью бесконечной
Душа чудесным занята.

Но даль пустынна и спокойна -
И я всё тот же - у руля,
И я пою, всё так же стройно,
Мечту родного корабля.

Оставь же парус воли бурной
Чужой, а не твоей судьбе:
Еще не раз в тиши лазурной
Я буду плакать о тебе.

Август 1905


ТЫ ПОМНИШЬ?
Спойлер:
Ты помнишь? В нашей бухте сонной
Спала зеленая вода,
Когда кильватерной колонной
Вошли военные суда.

Четыре - серых. И вопросы
Нас волновали битый час,
И загорелые матросы
Ходили важно мимо нас.

Мир стал заманчивей и шире,
И вдруг - суда уплыли прочь.
Нам было видно: все четыре
Зарылись в океан и в ночь.

И вновь обычным стало море,
Маяк уныло замигал,
Когда на низком семафоре
Последний отдали сигнал...

Как мало в этой жизни надо
Нам, детям, - и тебе и мне.
Ведь сердцу радоваться радо
И самой малой новизне.

Случайно на ноже карманном
Найди пылинку дальних стран -
И мир опять предстанет странным,
Закутанным в цветной туман!

1911 - 6 февраля 1914




.
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Broken Heart (06.02.2012), Natali (06.02.2012)
Ответ


Метки
корабли, море, моряки, пираты, романтика, стихи, стихи о море, стихи о моряках, стихи о пиратах, стихотворения


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 17:02. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin®
Copyright ©2000 - 2024, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
© MONBAR, 2007-2024
Corsairs-Harbour.Ru
Скин форума создан эксклюзивно для сайта Corsairs-Harbour.Ru
Все выше представленные материалы являются собственностью сайта.
Копирование материалов без разрешения администрации запрещено!
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования